, с литературным творчеством Гоголя "Ревизор"

Вершиной творчества ивана александровича гончарова является роман «обломов», написанный в 1859 году. роман необыкновенно богат по содержанию. в нем передана жизнь россии середины 19 века.          роман рассказывает нам о том, как лежит и спит ленивый обломов и как ни дружба, ни любовь не могут ни пробудить, ни поднять его. в распорядке дня обломова отразилась жизнь, наша жизнь. это, по словам добролюбова, «совершенный тип, отчеканенный с беспощадною строгостию и правильностью; сказалось новое слово нашего общественного развития, произнесенное ясно и твердо, с полным сознанием истины».          илья ильич обломов целыми днями лежит на диване и мечтает, как бы все дела сами собой сделались. можно сказать, что главные герой болен. и болезнь его – обломовщина! симптомы этой болезни заключаются в абсолютном бездействии, происходящем от равнодушия ко всему, что делается на свете. все, о чем мечтает обломов, – «а хорошо бы, если бы вот это сделалось». как много говорит эта фраза! сделалось бы! само собой! без его участия!           даже его внешность подчеркивает его лень и безвольность: «обломов как-то обрюзг не по летам… тело его казалось слишком изнеженным для мужчины». любимый костюм обломова – это широкий восточный халат, из которого он бы никогда не вылезал, если бы мог. или волевое движение для обломова невероятно тяжело. поэтому все свои дела он поручает слуге захару или , который обманывает его. обломова с детства приучили к тому, что всё за него должны делать другие. из сна ильи ильича мы узнаем, что он был бойким и интересующимся мальчиком, но вся атмосфера обломовки, его родной деревни, где царил «какой-то всепоглощающий, ничем непобедимый сон, истинное подобие смерти», заглушили в нем всякие порывы к действию. а сказки, рассказанные нянькой, населили «воображение мальчика странными призраками; боязнь и тоска засели надолго, может быть навсегда, в душу». с тех пор он «все мечтает о той волшебной стороне, где нет зла, хлопот, печалей, где живет милитриса кирбитьевна, и где так хорошо кормят и одевают »          обломовщина – это лень, порожденная боязнью перемен и страхом перед будущим. идеал жизни для ильи ильича – это спокойная, размеренная жизнь в своем поместье. там он будет проводить целый день с женой и детьми, есть и гулять, принимать друзей и беседовать с ними. можно сказать, что обломов - лишний человек. его образ жизни не укладывается ни в какие человеческие рамки. мне кажется, что движение обломова почти полностью отсутствует.          но такую бездеятельность илья ильич выбрал себе сам. он не хотел жить так, как живет все остальное светское общество. мы видим, что это за жизнь из первых сцен романа, когда к обломову приходят визитеры. своих гостей он встречает фразой: «не подходите, не подходите: вы с холоду! » эта фраза символична, она обозначает холод не только , но и духовный, который царит в светском обществе. и на самом деле суета гостей ильи ильича бессмысленна. франт волков живет лишь мыслью о лошадях и о новом покрое платья. это единственное, в чем заключается его смысл жизни. начальник отделения канцелярии судьбинский – «бумажная крыса». журналист пенкин пишет обо всем и не о чем. но считает, что занят важным делом. а тарантьев просто подлый человек, который в дальнейшем сыграет большую роль в судьбе ильи ильича.          именно от такой жизни и отказался обломов. ведь по своей сути он добрый, благородный человек. недаром штольц называл его «золотым сердцем». обломов был неглупым человеком, его душу трогала поэзия, он мог оценить хорошую книгу. в нем изначально много хороших качеств. в дальнейшем, когда илья ильич начал жить с агафьей пшеницыной, он усыновил всех ее детей и воспитывал их на свои деньги.          трагедия обломова в том, что он хочет многого, но не хочет ничего для этого сделать. если бы мы ничего не хотели, не было бы и противоречия между бездеятельностью и амбициями. и тогда нашей болезнью была бы не обломовщина, а серость и безликость.          иногда мне кажется, что обломовщина не исчезла и в 21 веке. многие люди боятся будущего, боятся деятельности. они пытаются взвалить свои дела на кого-нибудь другого, а если не на кого, то пускают все на самотек и предпочитают вообще ничем не заниматься. мы удерживаем синицу в руке, не пытаясь даже взглянуть на журавля в небе.          я думаю, что изначально обломову было свойственно духовное развитие. но постепенно, с его «замиранием», илья ильич останавливался и в своем духовном движении. но, в любом случае, герой не использовал все свои возможности из-за безволия и страха перед жизнью, которые воспитала в нем обломовка.                                                                                                                       поставь как лучший

.Рассказ Меннерса, как матрос следил за его гибелью, отказав в красноречивый тем более, что умирающий дышал с трудом и стонал, поразил жителей Каперны. Не говоря уже о том, что редкий из них был помнить оскорбление и более тяжкое, чем перенесенное Лонгреном, и горевать так сильно, как горевал он до конца жизни о Мери, – им было отвратительно, непонятно, поражало их, что Лонгрен молчал. Молча, до своих последних слов, посланных вдогонку Меннерсу, Лонгрен стоял; стоял неподвижно, строго и тихо, как судья, выказав глубокое презрение к Меннерсу – большее, чем ненависть, было в его молчании, и это все чувствовали. Если бы он кричал, выражая жестами или суетливостью злорадства, или еще чем иным свое торжество при виде отчаяния Меннерса, рыбаки поняли бы его, но он поступил иначе, чем поступали они – поступил внушительно, непонятно и этим поставил себя выше других, словом, сделал то, чего не прощают. Никто более не кланялся ему, не протягивал руки, не бросал узнающего, здоровающегося взгляда. Совершенно навсегда остался он в стороне от деревенских дел; мальчишки, завидев его, кричали вдогонку: «Лонгрен утопил Меннерса!» . Он не обращал на это внимания. Так же, казалось, он не замечал и того, что в трактире или на берегу, среди лодок, рыбаки умолкали в его присутствии, отходя в сторону, как от зачумленного. Случай с Меннерсом закрепил ранее неполное отчуждение. Став полным, оно вызвало прочную взаимную ненависть, тень которой пала и на Ассоль.
Девочка росла без подруг. Два-три десятка детей ее возраста, живших в Каперне, пропитанной, как губка водой, грубым семейным началом, основой которого служил непоколебимый авторитет матери и отца, переимчивые, как все дети в мире, вычеркнули раз – навсегда маленькую Ассоль из сферы своего покровительства и внимания. Совершилось это, разумеется, постепенно, путем внушения и окриков взрослых приобрело характер страшного запрета, а затем, усиленное пересудами и кривотолками, разрослось в детских умах страхом к дому матроса.
К тому же замкнутый образ жизни Лонгрена освободил теперь истерический язык сплетни; про матроса говаривали, что он где-то кого-то убил, оттого, мол, его больше не берут служить на суда, а сам он мрачен и нелюдим, потому что «терзается угрызениями преступной совести» . Играя, дети гнали Ассоль, если она приближалась к ним, швыряли грязью и дразнили тем, что будто отец ее ел человеческое мясо, а теперь делает фальшивые деньги. Одна за другой, наивные ее попытки к сближению оканчивались горьким плачем, синяками, царапинами и другими проявлениями общественного мнения; она перестала, наконец, оскорбляться, но все еще иногда спрашивала отца: – «Скажи, почему нас не любят? » – «Э, Ассоль, – говорил Лонгрен, – разве они умеют любить? Надо уметь любить, а этого-то они не могут» . ..