Синквейн на рассказ подснежник.И.А Бунин

, Одиссей вместе со спутниками попал на остров циклопов. Ни один человек ранее там не оказывался: всем известно, что циклопы свирепы и не знают законов. Но Одиссею и его спутникам стало невероятно интересно посмотреть на этот народ.
Причалив к острову ночью, они сперва поохотились на местных коз, поскольку были голодны, а потом Одиссей отправился к пещере циклопа. Звали того Полифем, он был особенно свиреп и жил всегда отдельно от других. Когда циклоп увидел путников, то сразу заявил, что на этом острове все будет по его воле. Он убил нескольких спутников Одиссея и съел их. Но Одиссей в конце концов придумал, как можно перехитрить Полифема и
Вечером он предложил циклопу чашу вина, затем другую. Циклоп немного подобрел, спросил Одиссея о том, как его зовут и откуда он. Одиссей обманул циклопа, сказав, что его зовут Никто. А когда Полифем уснул, захмелев, Одиссей с товарищами схватили длинное острое бревно, разожгли его на костре и выжгли им глаз циклопу.
Проснувшись от боли, Полифем позвал на других циклопов, однако даже не смог объяснить им, что приключилось. Они ушли, оставив собрата. А наутро после этого Одиссей с товарищами сбежали с острова, угнав с собой стадо Полифема: поскольку циклоп ничего не видел и мог следить за стадом лишь на ощупь, они прицепились к овцам и баранам снизу и направили их к своему кораблю. Уже когда корабль Одиссея отплывал от острова, тот крикнул циклопу, что своей жестокостью он сам навлек на себя кару Зевса, и что он должен знать на самом деле ослепил его Одиссей, царь Итаки.
Циклоп, услышав это, завыл от злости: оказывается, это было предсказано ему прорицателем. Однако он думал, что Одиссей - это грозный великан, а не обычный человек. Но Одиссею удалось победить страшного циклопа хитростью, а не силой.

ХОЛДЕН КОЛФИЛД (англ. Holden Caulfield) герой-рассказчик романа Дж.Д. Сэлинджера «Над пропастью во ржи» (1951). Ключевой персонаж современной американской культуры, впоследствии имевший множество реинкарнаций — в блаженных бунтарях-битниках середины 50-х (романы Джека Керуака), в скандальных инсургентах эпохи рок-н-ролла (вроде Джима Моррисона), в кинематографических «бунтарях без цели», «беспечных ездоках» и «полуночных ковбоях» 60-х. Сын богатых родителей, ученик привилегированной школы в Пенсильвании, семнадцатилетний Х.К. внешне проявляет себя как нер-вически-взвинченный юнец, в чьей нелюбви к окружающим сквозит капризная нетерпимость избалованного подростка. В своей исповеди он ругает «дурацкую школу», «кретинов»-одноклассников, «показушников»-учителей. По его признанию, он всех ненавидит. И как бы в отместку нарушает общепринятые правила. Искренний восторг у него вызывает приятель, громко пукнувший в церкви. Не желая подчиняться ненавистным «дурацким» правилам, он нарочно заваливает экзамены, ссорится с соседом по общежитию и убегает из школы в Нью-Йорк. Там он встречается с давней подружкой, но зачем-то оскорбляет ее и получает от ворот поворот, потом навещает своего старого учителя, но тот оказывает ему весьма двусмысленные знаки внимания, и беглецу приходится уносить ноги. Он сдуру напивается, пытается «снять» проститутку в отеле. Наконец, тайком приходит в родительский дом и рассказывает о своих злоключениях младшей сестренке. А десятилетняя малышка тщетно пытается наставить его на путь истинный. Образ Х.К. имеет и более глубокое измерение. Знаменательно, что свою исповедь он ведет, находясь на обследовании в санатории. Болезнь — распространенный в мировой литературе знак конфликта героя со средой, символ отторжения от общества. Нервное расстройство Х.К., как, скажем, эпилепсия князя Мышкина или чахотка Ганса Касторпа,— это примета «асоциальное™» героя, его вы-ключенности из системы нормальных общественных отношений. Как литературный герой, Х.К. имеет давнюю родословную, восходящую по крайней мере к античным чудакам-киникам, к средневековым вагантам и ярмарочным скоморохам. Угадываются в нем и «гены» андерсеновского ребенка, в финале известной сказки издавшего возглас: «А король-то — голый!» Х.К. обладает тонким даром отстраненного, незамутненного зрения, благодаря чему остро ощущает лицемерие и фальшь многих ритуалов общества — «липу и показуху», как он выражается.

Литературная роль Х.К.— замечать и безжалостно разоблачать, охаивать и осмеивать всяческие уродства и нелепости в жизни. Будь то прыщи на лице одноклассника, или манерные интонации школьного священника, или слащавая пошлость Голливуда, или банальные стандарты пресловутого «американского образа жизни». В этом смысле образ Х.К. сближается с фольклорным образом «дурака», который своими поступками и суждениями подрывает поведенческие и моральные стереотипы высмеиваемого им общества (надетая задом-наперед красная охотничья шапка Х.К.— чем не шутовской колпак). Так что он не просто хулиганистый смутьян, а бунтарь-моралист, являющийся промежуточным звеном между изгоями и отшельниками американского романтизма с их неприятием общественной морали XIX»Шв. и героями «контркультуры» мятежных 60-х годов (ближайший последователь Х.К.— «псих» Макмерфи из «Полета над гнездом кукушки» К.Кизи). Ни кино-, ни телевоплощений Х.К. не существует, т.к. автор запретил экранизировать книгу.