ПЕППЕР
Рассказать о жизни петьки в городе.( Рассказ Петька на даче)

Мы знаем, что из любви да ласки попала Катерина в семью Каба­нихи. Эта властная женщина всем заправляла в доме. Сын ее Тихон, муж Катерины, ни в чем не смел матери перечить. И только иногда, вырвавшись в Москву, устраивал там загул. Тихон по-своему любит Катерину и жалеет ее. Но дома ее постоянно, день за днем, за дело и без дела поедом ест свекровь, пилит ее, как ржавая пила. «Сокру­шила она меня», — размышляет Катя. Высокого напряжения достигают ее проблемы в сцене прощания с Тихоном. На взять ее с собой, на упреки Тихон отвечает: «...не разлюбил, а с этакой-то неволи от какой хочешь красавицы жены убежишь! Ты подумай-то: какой ни на есть, а я все-таки мужчи­на; всю-то жизнь вот этак жить, как ты видишь, так убежишь и от жены. Да как знаю я теперича, что недели две никакой грозы надо мной не будет, кандалов этих на ногах нет, так до жены ли мне?»  Катерина попала в среду, где лицемерие и ханжество очень силь­ны. Об этом ясно говорит сестра ее мужа Варвара, утверждая, что на обмане у них «весь дом держится». И вот ее позиция: «А по-моему: делай что хочешь, только бы шито да крыто было». «Грех не беда, молва нехороша!» — так рассуждают очень многие. Но не такова Катерина. Она предельно честный человек и искренне боится согре­шить, даже в мыслях изменить мужу. Вот эта-то борьба между дол­гом своим, как она его понимает (а понимает верно: мужу изменять нельзя), и новым чувством и ломает ее судьбу. Что можно сказать о натуре Катерины еще? Это лучше выразить ее же словами. Она говорит Варваре, что та не знает ее характера. Не дай Бог, чтобы это произошло, но если случится, что ей оконча­тельно опостылеет жить у Кабанихи, то никакой силой ее не удер­жать. В окно выбросится, в Волгу кинется, а жить против воли не станет. В своей борьбе Катерина не находит союзников. Варвара, вместо того чтобы утешить ее, поддержать, толкает к измене. Каба­ниха изводит. Муж только и думает, как бы хоть несколько дней пожить без матери. И роковое свершается. Катерина уже не может обманывать сама себя. «Перед кем я притворяюсь-то?!» — восклицает она. И решается на свидание с Борисом. Борис — один из лучших людей, что живут в мире, показанном Островским. Молодой, красивый, неглупый. Ему чужды порядки этого странного города Калинова, где бульвар сде­лали, а не гуляют по нему, где ворота заперты и собаки спущены, по высказыванию Кулигина, не потому, что жители боятся воров, а по­тому, что так удобнее тиранить домашних. Женщина, выйдя замуж, лишается свободы. «Здесь, что замуж вышла, что схоронили — все равно», — рассуждает Борис. Борис Григорьевич — племянник куп­ца Дикого, который известен скандальным и ругательным характе­ром. Он изводит Бориса, ругает его. При этом присвоил наследство племянника и племянницы, да их же и корит. Неудивительно, что в такой атмосфере Катерину и Бориса потянуло друг к другу. Бориса покорила «у ней на лице улыбка ангельская», а лицо, кажется, будто светится. И все же оказывается, что Катерина не этого мира человек. Борис в конечном счете оказывается не парой ей. Почему? Для Кати самое трудное — преодолеть разлад в своей душе. Ей совестно, стыдно перед мужем, но тот ей постыл, ласка его хуже побоев. В наше время такие проблемы решаются проще: разведутся супруги и снова ищут своего счастья. Тем более что детей у них нет. Но во времена Катери­ны и слыхом не слыхивали про развод. Она понимает, что ей с мужем жить «до гробовой доски». И потому для совестливой натуры, кото­рой «не замолить этого греха, не замолить никогда», который «кам­нем ляжет на душу», для человека, который не может сносить попре­ков во много раз более греховных людей, остается один выход — смерть. И Катерина решается на самоубийство. Кстати, предчувствие трагедии проявляется именно в сцене про­щания Катерины с мужем. Говоря о том, что погибает рядом с Каба­нихой, что быть беде, она умоляет Тихона взять с нее страшную клятву: «...чтобы не смела я без тебя ни под каким видом ни гово­рить ни с кем чужим, ни видеться, чтобы и думать я не смела ни о ком, кроме тебя». Увы, зря падает Катерина на колени перед этим человеком. Он поднимает ее, но слышать ни о чем не желает. Две недели свободы для него дороже жены. А.Н. Островский очень современен как истинно талантливый ху­дожник. Он никогда не уходил от сложных и больных вопросов обще­ства. Островский не просто мастер драмы. Это очень чуткий писатель, любящий свой край, свой народ, его историю. Его пьесы привлекают удивительной нравственной чистотой, подлинной человечностью. В «Грозе», по словам Гончарова, «улеглась картина национального быта и нравов с беспримерною художественною полнотою и вернос­тью». В этом качестве, пьеса явилась страстным вызовом деспотизму и невежеству, царившим в дореформенной России.

При работе над своей картиной художник придавал первостепенное значение пейзажу.

Природа изображена Нестеровым с глубоким вниманием и любовью. Он тонко передал её нежную красоту и удивительную гармонию. Она избавлена от повседневной суеты, умиротворённая, прекрасная в своей чистоте. Этот пейзаж, как бы является воплощением чисты и благорасположенности.

Нежные тона ранней осени точно окрашивают бледными золотыми цветами картину. Линии плавные, круглящиеся, текучие, всё замерло в ожидании чуда.

Слева лесистые холмы, под ними протекает голубая речка (там где-то розовеют, дали, вьётся дымок), а ближе малахитовые огороды. Справа золотится роща, деревянная церквушка с синими маковками.

Найдя убедительный пейзаж, уже написав фигуру мальчика и некоторые пейзажные детали картины, художник никак не мог найти голову мальчика.

Но однажды, идя по деревне, он заметил девочку лет десяти, стрижённую, с большими, широко открытыми, удивлёнными глазами, болезненную, с кордным, горячечно дышащим ртом. Наконец он нашёл, что искал.

И так, на переднем плане, на возвышенности стоят пастушок, а монах. Тонкая фигура мальчика, помещена почти в центре картины, она сливается с пейзажем и кажется неотъемлемой частью полей, зелёных перелесков, трепетных деревьев, этого чисто русского пейзажа с его деревянною церковью и извилистой речкой.

Большие, почти круглые глаза Варфоломея устремлены на святого, худенькие ручки молитвенно сложены перед его грудью. Он замер в ожидании чуда. Даже не приглядываясь к картине, можно понять, что между пастушком и монахом идет разговор не на бытовые, а на возвышенные темы.