Почему народ сильно скорбил об утрате пугачева ​

Первая глава открывается внутренним монологом героя, в котором под иронией скрыто раздражение. Онегин соглашается на роль, которая в его собственных глазах трезво оценена как «низкое коварство»: 
    «Но Боже мой, какая скука 
    С больным сидеть и день и ночь, 
    Не отходя ни шагу прочь! 
    Какое низкое коварство 
    Полуживого забавлять, 
    Ему подушки поправлять, 
    Печально подносить лекарства, 
    Вздыхать и думать про себя: 
    «Когда же чёрт возьмёт тебя?». 
    Он вообще ни в чём не видит смысла и равнодушен, казалось бы, ко всему на свете, кроме чувства собственного достоинства и независимости, которые вдруг поколеблены поездкой к дяде. Это раздражение героя идёт оттого, что привычное притворство ему надоело, и оттого, что Онегин честен перед собой. 
    Уже первая строфа романа выявляет «странность» характера героя, его сложность. Первая глава, в сущности, раскрывает историю душевного недуга, вызванного одновременно подчинением Онегина обществу и его конфликтом с ним. 
    С детства образование и воспитание Онегина не было глубоким: француз учил его всему шутя. Это «шутя» сопровождает всю юность Онегина. Пушкин с иронией называет её «мятежной», как бы напоминая читателю о высшей возможности в жизни неосуществлённой Онегиным. 
    «Мод воспитанник примерный» - этот мотив проходит через всю первую главу. «Боясь ревнивых осуждений», Онегин становится франтом; опасаясь «судей решительных и строгих», привык он «с учёным видом знатока хранить молчанье в важном споре». Эта оглядка на мнение окружающих, эта зависимость от света лишает юность Онегина истинной мятежности». Мода обрекает на поверхностное отношение ко всему. Следуя моде, нельзя быть самим собой; мода преходяща, поверхностна. 
    Пушкин описал один день Онегина, но в нём смог обобщить всю петербургскую жизнь героя – светского баловня. Онегин не отдаётся душой ни одному из развлечений, ни одному из наслаждений, составляющих круг его жизни. Главное же дарование Онегина проявилось в другой сфере: 
    «В чём он истинный был гений, 
    Что знал он твёрже всех наук, 
    Что было для него из млада 
    И труд, и мука и отрада, 
    Что занимало целый день 
    Его тоскующую лень, - 
    Была наука страсти нежной…» 
    Онегин умел очень убедительно казаться мрачным, внимательным или равнодушным, красноречивым, резким или дерзким; умел забавлять, побеждать умом и страстью, умел «подслушать сердца первый звук, преследовать любовь…», «тревожить сердца кокеток записных», злословить соперников и дружить с мужьями своих возлюбленных. Но все эти движения «страсти нежной» рассчитаны. 
    В начале романа Онегин как бы примеряет разные возможности жизни, не отдавая предпочтения ни одной из них. Своеобразный маскарад Онегина отражён в тех парадоксальных по соседству определениях, которые Пушкин адресует своему герою в первой главе: «молодой повеса» - и «добрый мой приятель», «денди и лондонский» - и «учёный малый», «проказник» - и философ в осемнадцать лет», «повеса пылкий» и «отступник бурных наслаждений». 
    Эпитет «томный» выдаёт намерение Онегина выставить своё внутреннее состояние на обозрение. Быть может, мы бы не заметили го, если бы в восьмой главе Пушкин не напомнил об этом. Вот Онегин смог, наконец, увидеть Татьяну в её доме: 
    «Он с трепетом к княгине входит; 
    Татьяну он одну находит, 
    И вместе несколько минут 
    Они сидят. Слова нейдут 
    Из уст Онегина. Угрюмый, 
    Неловкий, он едва-едва 
    Ей отвечает. Голова 
    Его полна упрямой думой». 
    Итак, в первой главе Онегин – «угрюмый, томный», в восьмой – «угрюмый, неловкий». Несходство вторых эпитетов при тождестве первых открывает глубину происшедшей с Онегиным перемены. Истинное чувство не в состоянии заботиться о своей картинности. 
    Описание Онегина в 1 и 8 главах резко несходны. Множество масок сменяется единством истинного лица: бесчувствие – одушевлением, хандра – страстью. В 1 главе Онегин «непостоянный обожатель очаровательных актрис», ветреность его – признак всего лишь игры в любовь. В 8 главе Онегин исполнен преданности, что не делал он, где бы ни был, - «она… и всё она!» В 8 главе на последнее объяснение с Татьяной идёт «на мертвеца похожий», тогда как в первой главе описывается приготовление к балу: 
    «…Из уборной выходил, 
    Подобный ветреной Венере, 
    Когда надев мужской наряд, 
    Богиня едет в маскарад». 
    Страсть его подобна страданиям влюблённой Татьяны в 4 главе. И в письме Онегина повторяются эти признаки истинной страсти: 
    «Пред Вами в муках замирать, 
    Бледнеть и гаснуть…вот блаженство! 
    В 8 главе «сердечное страданье уже пришло ему невмочь», и он готов к гибели («заранее писать к прадедам готов о скорой встрече»). Он действительно сумел «забыть себя»: преданность чувству сильнее страха смерти, он, «как дитя влюблён». «Все шлют Онегина к врачам», а он дорожит каждым мгновением жизни, в которой присутствует Татьяна: 
    «Я знаю: век уж мой измерен; 
    Но чтоб продлилась жизнь моя, 
    Я утром должен быть уверен, 
    Что с Вами днём увижусь я…» 
    Любовь для Онегина стала единственным условием продолжения жизни.

О внешности Ильи Ильича Обломова известно следующее:

"Это был человек лет тридцати двух‑трех от роду, среднего роста, приятной наружности, с темно‑серыми глазами..."

"...тело его, судя по матовому, чересчур белому цвету шеи, маленьких пухлых рук, мягких плеч, казалось слишком изнеженным для мужчины..."

Возраст Ильи Обломова — 32-33 года в начале романа:

"...лет тридцати двух‑трех..."

Дома Обломов постоянно носит свой любимый халат (шлафрок):

"– Что это на вас за шлафрок? Такие давно бросили носить, – стыдил он Обломова...  

Он является потомственным дворянином ("столбовым барином"):

"...Обломов, дворянин родом...  "  

"У меня то, слава Богу! барин столбовой; приятели-то генералы, графы да князья..."

Обломов носит невысокий чин — чин коллежского секретаря:

"...коллежский секретарь Илья Обломов..."

В он прослужил чиновником всего два года. После небольшой неприятности на работе Обломов уходит якобы на больничный, после чего окончательно отправляется в отставку:

"...Обломов прослужил кое-как года два..."

Илья Обломов в юности изучал право и судопроизводство, но на деле не составить даже заявление в полицию в свободной форме:

"Он учился всем существующим и давно не существующим правам курс и практического судопроизводства, а когда, по случаю какой-то покражи в доме, понадобилось написать бумагу в полицию, он взял лист бумаги, перо, думал, думал, да и послал за писарем..."

У Обломова есть 300 душ крестьян. От родителей он получил 350 душ, но с годами число крестьян уменьшилось до 300:

"...по смерти отца и матери он стал единственным обладателем трехсот пятидесяти душ, доставшихся ему в наследство в одной из отдаленных губерний, чуть не в Азии."

"Помилуй, а Обломовка? Триста душ!.."

Илья Ильич уже 12 лет безвыездно живет в Петербурге на Гороховой улице:

"В Гороховой улице, в одном из больших домов, народонаселения которого стало бы на целый уездный город, лежал утром в постели, на своей квартире, Илья Ильич Обломов..."

Обломов является ленивым человеком:

"Лентяй ты, лентяй! Пропадешь, брат, Илья Ильич, ни за копейку!..."

"Все такой же неисправимый, беззаботный ленивец!.."

Обломов — апатичный человек. Состояние спокойствия и апатии — это его нормальное состояние:

"...он уже лежит, глядя апатически в потолок, и книга лежит подле него недочитанная, непонятая..."

Он равнодушен ко всему окружающему:

"Илья Ильич... не мог, и при своем равнодушии к всему, сносить терпеливо бесчисленных мелких недостатков Захара."

Ленивый Обломов все время лежит на диване. Для него лежание — это его нормальное состояние, почти образ жизни:

"Лежанье у Ильи Ильича не было ни необходимостью, как у больного или как у человека, который хочет спать, ни случайностью, как у того, кто устал, ни наслаждением, как у лентяя: это было его нормальным состоянием..."

Он часто погружается в задумчивость:

"...Илья Ильич, погруженный в задумчивость, долго не замечал Захара..."

Илья Ильич очень любит поспать. Так например, слуга Захар с трудом будит его днем в половине пятого. Обломов же "дрыхнет, как осиновый чурбан" (то есть кусок бревна):  

"– Знаешь ты дрыхнуть! – говорил Захар, уверенный, что барин не слышит. – Вишь, дрыхнет, словно чурбан осиновый!"

Обломов все время лежит в одной комнате и редко бывает в других комнатах квартиры. Эта комната служит ему и спальней, и кабинетом, и приемной. Обломов может два дня не выходить из этой комнаты, например, в гостиную:

"...все постоянно в одной комнате, где мы его нашли, служившей ему спальней, кабинетом и приемной..."

Он является страшным домоседом и почти не выходит из дома:

"Когда он был дома – а он был почти всегда дома, – он все лежал..."

Он не привык к движению, толпе, суете:

"Он не привык к движению, к жизни, к многолюдству и суете..."

Обломов не любит балы и высшее общество. Так, он искренне сочувствует своему приятелю Волкову в том, что тот посещает 10 знакомых за день, хотя самому Волкову это приносит удовольствие:

"Боже ты мой! Вот скука-то должна быть адская!.."

Он является пугливым, впечатлительным человеком:

"Не то на него нападал нервический страх: он пугался окружающей его тишины или просто и сам не знал чего – у него побегут мурашки по телу. Он иногда боязливо косится на темный угол..."