В романе “Война и мир” Толстой создал правдивую и целостную картину русской жизни первой четверти XIX века. В этот период в России главную общественную роль играли дворяне, поэтому немалое место в романе отводится описанию светского общества. Надо отметить, что высший свет в тот период был представлен в основном двумя столичными обществами, довольно сильно отличающимися друг от друга: петербургским и московским.
Петербург — столица, холодный, неприветливый город, стоящий в одном ряду с европейскими городами. Петербургский высший свет — особый мир со своими законами, обычаями, нравами, интеллектуальный центр страны, ориентированный на Европу. Но первое, что бросается в глаза при описании взаимоотношений в этом обществе, — неестественность. Все представители высшего света привыкли играть роли, навязанные им обществом или взятые ими добровольно, недаром князь Василий в романе сравнивается с актером.
Одним из основных видов времяпрепровождения членов высшего света были светские приемы, на которых обсуждались новости, положение в Европе и многое другое. Человеку новому казалось, что все обсуждаемое важно, а все присутствующие очень умные и думающие люди, всерьез заинтересованные предметом беседы. На самом же деле в этих приемах есть что-то механическое, равнодушное, и Толстой сравнивает присутствующих в салоне Шерер с разговорной машиной. Человека умного, серьезного, пытливого не может удовлетворить такое общение, и он быстро разочаровывается в свете. Однако основу светского общества составляют те, кому такое общение нравится, для кого оно необходимо. У таких людей вырабатывается определенный стереотип поведения, который они переносят и в личную, семейную жизнь. Поэтому в их отношениях в семье мало сердечности, больше практичности и расчета. Типичная петербургская семья — семья Курагиных.
Совсем другим предстает перед нами московское светское общество, которое, впрочем, в чем-то все же сходно с петербургским. Первым изображением московского света в романе является описание именин в доме Ростовых. Утренний прием гостей напоминает светские приемы в Петербурге: обсуждение новостей, правда уже не общемирового масштаба, а местных, притворные чувства удивления или негодования, но впечатление сразу меняется с появлением детей, которые приносят в гостиную непосредственность, счастье, беспричинное веселье. На обеде у Ростовых проявляются все качества, присущие московскому дворянству: хлебосольство, радушие, семейственность. Московское общество во многом напоминает одну большую семью, где все всем известно, где прощают друг другу маленькие слабости и могут прилюдно поругать за проказы. Только в подобном обществе могла появиться такая фигура, как Ахросимова, и снисходительно оценена выходка Наташи. В отличие от петербургского, московское дворянство ближе к русскому народу, его традициям и обычаям. Вообще симпатии Толстого, по-видимому, на стороне московского дворянства, недаром его любимые герои Ростовы живут в Москве. И хотя многие черты и нравы москвичей писатель не может одобрить' (сплетничество, например), он и не заостряет на них внимание. В изображении светского общества Толстой активно пользуется приемом “отстранения”, позволяющим с неожиданной точки зрения взглянуть на события и героев. Так, при описании вечера у Анны Павловны Шерер писатель сравнивает салон с прядильной мастерской, освещая с неожиданной стороны . светский прием и позволяя читателю проникнуть в суть взаимоотношений на нем. Французский язык в речи героев тоже является приемом “отстранения”, давая возможность полнее создать образ светского общества, говорившего в то время в основном по-французски.
Объяснение:
осы болам
1) «Ольга Сур», «Легче воздуха» и «Пунцовая кровь»«Белый пудель»«По ту сторону»
Куприну было шесть лет, когда на Кудрикку, в дом, где он жил с матерью, явился навестить свою родственницу мальчик лет одиннадцати, который знал разные цирковые номера. Это был впоследствии знаменитый клоун и дрессировщик Анатолий Владимирович Дуров. Маленький Анатолий где-то в заднем коридоре, чтобы никто не видел, показал Саше Куприну, как он умеет прыгать, кувыркаться, строить гримасы и говорить «чужим языком». Саша смотрел на него как на чудо. Легко представить, какое после этой встречи сильное желание самому стать цирковым артистом возникло у него.
Спустя несколько лет, воспитываясь в закрытых учебных заведениях, Куприн во время воскресных отпусков стремился не к домашнему уюту, не к играм со сверстниками, а прежде всего в цирк или к зверям в Зоологический сад, где он мог бродить с утра до вечера, внимательно присматриваясь к повадкам животных.
В Румянцевском приюте, когда ему было десять лет, Куприна обуяла совершенно фантастическая мысль о том, что если очень быстро прыгать через веревку-скакалку, то можно взлететь на воздух.
Мальчик решил это проверить. Взобрался на гимнастический столб, замахал веревкой, прыгнул вниз, но полета, конечно, не получилось. Саша лежал на земле и потирал ушибленную коленку. В уже почтенном возрасте Куприна увлекало жонглирование. Будучи у него в гостях, можно было наблюдать во время обеда, как Александр Иванович через весь стол с большой точностью бросает пустую тарелку, а ее с такой же ловкостью подхватывает один из гостей, конечно, кто-нибудь из профессиональных жонглеров.
Друг Куприна Ф. Д. Батюшков в своих неопубликованных воспоминаниях рассказывает о том, что уже пожилой Куприн с большим увлечением и настойчивостью часами предавался у себя дома какому-нибудь чисто цирковому тренировочному занятию, например накатыванию детского деревянного обруча на мелкую монету, лежащую на полу шагах в двадцати.
У Куприна было неважное зрение, и поэтому он вдвойне радовался каждому своему удачному выстрелу из мелкокалиберной винтовки.
5)
За несколько веков до рождества Христова в самом центре Индостана существовал сильный, хотя и немногочисленный народ. Имя его изгладилось в истории, даже священные Веды не упоминают о нем ни одной строчкой. Но старые факиры, ревностные хранители преданий, говорят, что родоначальники этого народа, суровые и бесстрашные люди, пришли с далекого Запада и в короткое время покорили своей власти весь Индостан. Все раджи и князья Индостана платили им дань, а пленные рабы обрабатывали их землю. Они не знали ни роскоши, ни страха смерти, и это делало их непобедимыми. Этот могущественный народ поклонялся живому существу - женщине, которая называлась богиней смерти. Богиню смерти никто никогда не видал, кроме двух старейших жрецов. Они же и выбирали ее тайно изо всех красивейших девочек, не достигших еще четырехлетнего возраста, воспитывали ее и чудесными, одним им открытыми доводили ее красоту до сверхъестественного совершенства. Когда умирала одна богиня смерти, на место ее двое жрецов возводили тотчас же другую, но об этом знали только они. Народ верил, что богиня бессмертна и красота ее неувядаема.
3)не знаю...
