Давным-давно школьные годы. Мы всем классом идем на реку Дему. На лодках переправляемся мы через Белую, на пологий ее берег. Все ближе великан-осокорь, не назовешь же попросту тополем это сказочное, в несколько обхватов дерево... Лодка подходит к осокорю, тень его листвы играет у нас на лицах, скрипит галька под днищем лодки. Разувшись, мы шлепаем ногами по холодной воде, пробегаем залитую солнцем Цыганскую Поляну, и вот уже прохлада обступает нас со всех сторон, и узенькие тропинки петляют между тонколистными поникшими ивами, меж прямыми черемухами, меж тонкими стволами рябин, оплетенных колючими ветвями ежевики.
– Урема, поемный лес... – поясняет Вера Ивановна, наша новая учительница литературы. – Знаете, – как говорится о ней у Аксакова?.. Вы любите Аксакова?..
Есть такая порода хвостатых мартышек. Они любят баловаться и прыгать , цепляясь хвостом по деревьям. И вот однажды утром одна мартышка, так перескакивая с дерево на дерево делая утреннюю зарядку, прыгнула на ветку, на которой спала сорок. Сорока от неожиданности испугалась, подлетела и как начала голосить на весь лес. Сбежались звери, и не могло понять что это гремит, кто голосит. Увидели взъерошенную сороку и начали смеяться. А сорока разнесла весть, будто на нее напал какой - то не виданный зверь.
