С веретена нити перематывали на мотовило (крестообразное при из двух планок, вращающееся на трехногой подставке). При этом пряжу считали. Для счета использовали число 3, которое называли чисменкой. Одно пасмо пряжи равнялось 60 нитям (20 чисменок). Для хорошего холста из девяти простней (или пасм, или веретен) наматывался один мот, называемый девятерником.
Полученную пряжу предстояло отбелить. Мотки замачивали, затем засыпали золой и ставили в чугунке в натопленную печь. У каждой хозяйки был свой рецепт отбеливания: пряжу выдерживали в печи от нескольких часов до суток, затем промывали в проточной воде, а для лучшего отбеливания вымораживали. Постепенно темно-серая пряжа светлела. Готовые для тканья моты имели светло-серебристый цвет. По количеству и качеству мотов судили о трудолюбии хозяйки и ее дочерей. Родители практически с рождения дочки заботились о ее приданом. Мама и бабушка складывали ткани в сундук, а когда девочка начинала сама прясть — добавляла свои работы. В разных местностях существовал свой набор предметов приданого. Например, на Псковщине обязательными были: постель (наматрасники, простыни, наволочки, одеяла); дары невесты (полотенца, рубахи, пояса); носильная одежда невесты.
Прядение обычно заканчивали к Масленице. Прялку убирали и доставали ткацкий станок. Ткать, как и прясть, умела каждая женщина.
Искусство ткачества развилось в древности из плетения. До сих пор сохранился изобретенный еще в то время принцип образования ткани. Уточной нитью, намотанной на палочку с заостренными концами, ткач вручную переплетал нити основы одну за другой — протыкал нити — отсюда, вероятно, и пошло «тыкать», «ткать».
Первые ткацкие станки появились несколько тысячелетий назад. В Древнем Китае ткали красивые шелковые ткани, в Египте — льняные.
Принцип работы станков был достаточно простым: на деревянную раму равномерно натягивались нити, которые назывались нити основы, а между ними определенным образом пропускалась поперечная нить, уток. Так, ряд за рядом, полотно становилось длиннее.
Приступая к работе, ткачиха сначала заправляла основу, определяла длину и ширину ткани. Обычный крестьянский холст был 38–45 см шириной, то есть укладывался в старую русскую меру — локоть. Кое-где изготавливали и более широкие холсты — до 67 см. Оттого, как заправлена основа, во многом зависело качество ткани: «Ткать и дурак мог. Основать и вдеть — это главное».
Но и в процессе работы у ткачихи возникали различные сложности — например, рвалась нить, потому что была слишком туго натянута или потому, что пряжа оказывалась не очень прочной. Так что женщина должна была постоянно следить за процессом.
За день хорошая мастерица ткала одну стену простого холста. Две стены — около пятнадцати метров — назывались концом.
В зависимости от того, какую ткань хотели получить, ткали в одну или несколько нитченок (нитяная петля в ткацком станке для подъема нитей основы). В две нитченки ткали прость, простку, простую точу — ткани полотняного переплетения. Если требовалась более прочная ткань, ткали рядень, ряднину — холст саржевого переплетения (по прочности напоминает современную джинсовую ткань). Для этого стан оснащали не двумя, а тремя или четырьмя нитченками. Такой холст шел на портянки, матрацы. Для тканей с узором использовали цветные нити.
Со временем станки совершенствовались, ручного труда становилось меньше, но основной принцип работы оставался тем же.
