О музыкальности живописи всерьёз стали задумываться живописцы-романтики первой трети XIX века. Они сознательно, используя особые живописные приёмы, стремились, чтобы их картины были «напоены» музыкой. Музыка жила в композициях полотен, в гармонии красок, музыкальности ритмов, в игре света и тени, в колорите. У романтиков звучал пейзаж, исторические картины и особенно - портреты.
На картине итальянского художника эпохи Возрождения Микеланджело Караваджо «Лютнист», также из собрания Эрмитажа, юноша исполняет мадригал композитора Аркадельта «Вы знаете, что я вас люблю». Об этом говорят ноты, помещённые перед музыкантом. Долгое время считали, что в нотной тетради набросан случайный набор знаков. Но художник, столь тщательно выписавший все детали на холсте, даже крохотную трещинку на лютне, не мог позволить себе такую вольность.
Французский живописец-романтик Эжен Делакруа любил писать портреты музыкантов. И даже не зная, кто изображён на холсте, можно, взглянув на него, сразу догадаться, что это - музыкант.
Вот, к примеру, живописное изображение великого польского композитора Фридерика Шопена. На огненном фоне - напряжённое лицо аскета, погружённого в мучительную думу. Живописными мазками обозначены контуры головы, выступающей словно из пламени. Невольно ощущается музыкальный напор, который вырывается с полотна, слышатся звуки его романтически-мятежной и проникновенной музыки.
