Существует две точки зрения, и обе они имеют права на существование. Если взглянуть на наших художников (Ван Гог, Сальвадор Дали), композиторов (Р.Шуман, С.Прокофьев, Р.-Корсаков), писателей (Л.Толстой, Дюма и т.д.), можно отметить, что многие из них имели, мягко скажем, не характер, а некоторые граничили с безумством, однако они создавали шедевры, и это отрицать нельзя. Что же получается, великий русский композитор был не совсем прав? Я попробую привести две точки зрения к общему знаменателю.
Человек – сложнейшая система, несущая в себе определенные качества личности, как положительные, так и отрицательные (об этом еще писал Ф.Достоевский, который, кстати, сам был далеко ангелом), и только от самого человека зависит, что будет в нем больше, тепла и света, или темноты. Душа в своем истинном состоянии свободна и чиста, и в тот момент, когда человек находится в гармонии с самим собой, излучая свет, он может «приводить» в мир красоту.
Объяснение:
Вторая симфония Бородина — одна из вершин его творчества. Она принадлежит к мировым симфоническим шедеврам, благодаря своей яркости, своеобразию, монолитности стиля и гениальному претворению образов русского народного эпоса. Композитор задумал ее в начале 1869 года, однако работал над ней с очень большими перерывами, вызванными как основными профессиональными обязанностями, так и воплощением других музыкальных замыслов. Первая часть была написана в 1870 году. Тогда же он показал ее своим товарищам — Балакиреву, Кюи, Римскому-Корсакову и Мусоргскому, которые составляли так называемый балакиревский кружок или Могучую кучку (определение их старшего наставника и идейного руководителя искусствоведа В. Стасова). У друзей показанное вызвало подлинный энтузиазм. Горячий и скорый на громкие определения Стасов тут же назвал ее «Львицей». Мусоргский предложил для нее название Славянская героическая. Однако Стасов, задумавшийся уже не над эмоциональным определением, а над названием, с которым музыка будет жить, предложил: Богатырская. Автор не стал возражать против такого толкования его замысла, и симфония осталась с ним навсегда.
Объяснение:
