Спунктом 2, а именно с (интервалы не ! со всеми ) 40 за лучший ответ, не по теме ,мин6,м.с ум5) смотрите . заранее хорошему ))0

Відповідь:

Большая часть музыкальных произведений от классического периода до 20века написана в сонатной форме (форма сонатного аллегро). Это форма одночастных произведений, и так же често ее называют "формой первых частей", хотя не каждаф первая часть сонат, симфоний и стунных квартетов, имеет форму сонатного аллегро, так же как медленные части и финалы симфоний иногда как раз написаны в сонатной форме. Название - сонатное аллегро - не показывает на темп данного произведения или его части. Это лишь исторически сложившейся термин.  

Сонатная форма имеет три основных части: экспозиция, где представляютс все темы; разработка, название, собсвенно, говорит само за себя: здесь представленные в экспозиции темы развиваются и изменяются; реприза, в которой темы возвращаются в своем первоначальном виде. Часто после этих трей основных частей следует кода.  

Экспозиция

Первая тема в тонической тональности

Связка-модуляция в другую тональность

Вторая тема в другой тональности, часто констратная первой теме по настраению и характеру

Заключение в тональности второй темы

Обычно экспозиция повторяется дважды

Разработка

Видоизменение и развитие тем, темы часто разбиты на отдельные мотивы, часто проходящие одну за другой несколько модуляций. Эта часть обычно наиболее драматичная, кульминационная для всего произведения (той части, что в сонатной форме). Разработка приносит напряжение, разрешение которого наступает только в репризе  

Реприза

Обычно в репризе опять звучит тема в тонической тональности, так же как, впрочем, и вторая. То есть материал, из которого складывается реприза практически аналогичен тому, что был использован в экспозиции, только теперь и первая, и вторая темы, и связка между ними, и заключение - в начальной тональности:.  

Первая тема в тонической тональности

Связка

Вторая темя в тонической тональности

Заключение

Кода  

Кода по идее усиливает ощущение заключенности произведения. В ней опять повторяются темы, разрабатываются, и все кончатеся в тонике.  

Если быстрая часть большого произведения написана в сонатной форме, то часто она начинается с медленного вступления, чтобы усилить напряжение ожидания.  

Так же можно встретить форму сонатного рондо, типичная схема которой выглядит примерно следующим образом:

Пояснення:учи

Булат Окуджава был из того поколения, которое встретило войну сразу после школы. На фронте он оказался 18-летним юношей, воевал на Кавказе в течение двух месяцев, был ранен во время боев под Моздоком, а после выздоровления еще два года служил на границе с Турцией. Позже он рассказывал, что фронт его сильно впечатлил в силу возраста («был мальчишкой»), и его первые стихи были именно о войне. Годы спустя Окуджава вернулся в Москву после реабилитации родителей, стал известным поэтом и бардом, но военная тема не отпускала его никогда: он писал песни о войне и сам исполнял их со сцены.

«Это были в основном грустные песни. Потому что, я вам скажу, ничего веселого в войне нет», — утверждал он.

«Песенка о солдатских сапогах»

Когда началась война, Окуджава пытался пойти на фронт добровольцем, но раз за разом получал отказ в военкомате. Призвали его только в августе 1942 года, а на фронт он попал через два месяца учебы. Тот день Окуджава называл самым страшным в своей жизни, а себя описывал так: «Мне как-то смешно себя вспоминать и видеть себя — в обмотках, с кривыми ногами, с тонкой шеей, с большой пилоткой на голове, мечтавшего всю войну иметь сапоги и так и не получившего их…»

«Песенка о Лёньке Королёве»

Окуджава рассказывал, что написал эту песню в 1957 году, через много лет после того, как погиб его знакомый по Арбату по имени Ленька Гаврилов. В песне он стал «Королем», у которого, правда, не было «королевы». «Стихи словно сами пришли, строчка за строчкой. Как мне теперь кажется, чуть ли не в пять минут. И когда уже заканчивал придумывать стихотворение, то и музыка появилась, как будто всё это жило во мне и вдруг выплеснулось. Я еле успевал записывать...»
«Песня о московских ополченцах»

В июле 1941 года в Москве были сформированы 12 дивизий народного ополчения, еще четыре дивизии отправились на фронт осенью, когда немецкие войска уже рвались к самому городу. Окуджава и поет об ополченцах-добровольцах того времени, которые были плохо обучены и плохо вооружены, но смогли остановить врага, пусть и зачастую ценой своей жизни. «Песня о московских ополченцах» звучала во второй серии советско-американского документального проекта «Великая Отечественная» («Неизвестная война»).

«До свидания, мальчики!»

Эту песню Окуджава написал в конце пятидесятых и посвятил своему поколению: тем, кто родился в начале двадцатых и почти полностью сгорел в огне войны. Через несколько лет строку из этой песни использовал писатель Борис Балтер для своей повести о последних днях мирной жизни. Повесть была экранизирована в 1964 году. А в 1966 сама песня прозвучала во вполне мирной мелодраме «Не самый удачный день», экранизации повести Юлиана Семёнова «Дунечка и Никита».

«Песенка о пехоте»

Сам Окуджава во время войны был минометчиком и радистом в артбригаде, но в своих песнях часто упоминает пехоту, то есть тех, кто вынес основную тяжесть боев. «Простите пехоте, что так неразумна бывает она».

«Бери шинель, пошли домой!»

Эту песню на стихи Булата Окуджавы композитор Валентин Левашов написал для фильма Гавриила Егиазарова «От зари до зари»: истории о бывшем фронтовике, который и спустя много лет не может забыть войну. Фильм событием не стал (в отличие от предыдущей работы этого режиссера, экранизации «Горячего снега» Юрия Бондарева). Впрочем, хорошие песни пробивали себе дорогу отовсюду, а «Бери шинель…» была хорошей песней. Так случилось и тут: композицию услышал по радио Леонид Быков, который снимал военную драму «Аты-баты, шли солдаты…», и тоже использовал её в своей картине. Потом песня стала одним из символов, её часто исполняли на различных официальных концертах, а одним из исполнителей был Иосиф Кобзон.

«Мы за ценой не постоим»

самая известная военная песня Булата Окуджавы написана для фильма Андрея Смирнова «Белорусский вокзал». Правда, просили у него только текст, поскольку у картины был композитор (Альфред Шнитке). Но в итоге Смирнов и Шнитке одобрили и текст, и мелодию. Шнитке сделал маршевую оркестровку, и именно в таком виде она вошла в фильм, а потом и ушла в народ.