Ich spraye, also bin ich Paul ärgert sich heute noch, dass er nicht zurück in den U-Bahn-Tunnel flüchtete. Der 19-Jährige hatte den Streifenwagen ja gesehen. Doch rannte er über die Kreuzung in Berlin-Kreuzberg. Seine Hände rochen noch nach Farbe, als ihm die Polizisten Handschellen anlegten. Paul war 18 Jahre alt und hatte gerade eine U-Bahn «gebombt», so nennen es die Sprayer, wenn sie ihre Bilder an illegalen Stellen hinterlassen. Paul hatte einen Waggon 45 Minuten lang bearbeitet. Sorgfältig hatte er mit grüner und weißer Farbe einen grimmigen Comic-Polizisten gemalt. Das war vor einem Jahr. Wenn Paul nachmittags in einem Café sitzt, wirkt er wie ein ganz normaler Schüler, der gerade sein Abitur macht. Nur kleine Farbspritzer auf Kapuzenpulli verraten etwas über sein Nachtleben. Vor drei Jahren zog Paul zum ersten Mal los, um seine Sprayerkunst zu verbreiten. Bald lernte er die Sprüher aus dem «Stadt-Mitte-Club», kurz SMC, kennen. Mit den befreundeten Sprayern beobachtet Paul nachts Bahnhöfe, diskutiert über Malstile und Techniken. Vor dem Gesetz gilt Paul als Krimineller. Seit 2005 verfolgt man Sprayer in Berlin rechtlich, sie können bis zu zwei Jahren ins Gefängnis kommen. Das hat den «Farbvandalismus» bisher nicht verringert. Kein Wunder, liegt doch der Reiz gerade darin, etwas Verbotenes zu tun und schlauer zu sein als die Polizei. Die Stadt Berlin kostet das Katz-und-Maus-Spiel mit den Sprayern viel Geld: 50 Millionen Euro pro Jahr gibt die Stadt für Graffiti-Bekämpfung aus. Jährlich tagt ein internationaler Anti-Graffiti-Kongress im Rathaus. Die deutschen Sprayer befürchten nun, dass sich Berlin an New York ein Beispiel nehmen kann. Dort dürfen Jugendliche unter 21 keine Sprühdosen oder breite Filzmarker mehr besitzen. Paul beteiligt sich nicht an Aktionen. Für ihn hat Graffiti wenig mit Politik zu tun. Nach seinem Abi wird er sich noch ein paar Monate seinem Hobby widmen, danach vielleicht Zivildienst in Südamerika machen, später irgendwas studieren.

Дорогая Ева,свободна ли у тебя комната? Ты же знаешь,какие у меня родители. Мама всегда думает только о своей работе,а папа -- о своих кустах с помидорами.
На мои проблемы им наплевать. Через три месяца мне исполняется 18,а я всё ещё должна послушно ночевать только дома. Разве это справедливо? Мама заводит всегда одну и ту же песню: в наши дни столько опасных наркотиков,алкоголя и эксцессов (или она имеет в виду экземы?),а также фальшивых друзей и вообще секса! Она уже нюхала мои шмотки,паникуя "Ты ведь ещё не курила?". А папа каждый раз:"Уверена ли ты,что твой новый друг действительно порядочен?". А мой братишка постоянно открывает мои письма,смеётся,когда я звоню по телефону,копается в моих вещах. И немедленно сообщает обо всём в "Семейный комитет безопасности". Ну да,я принимаю все их неврозы.
Точнее,до тех пор,пока не не проходит месяц. Тогда я снова мечтательно спрашиваю сама себя:"У всех моих подруг друзья могут ночевать,но только не у меня. Может ли Иоахим разочек у нас переночевать?" Конечно,я бьюсь как о гранитную стену со стороны мамы. "И что только скажут Мюллеры? А может быть твой друг громко поёт в душе?!" "Но мама,он изучает физику,а не музыку!" И Клаузи,конечно же:"Если этому простофиле разрешат здесь спать,то я приглашу Бабси в свою постель. Клянусь!" Бабси -- это её собачка. Конечно же я получаю категоричное нет. Однако у меня есть великолепная идея. На мамин день рождения я подарю им билеты для них обоих. А вечером я отправлю моего "любимого" братика к Мюллерам,где он иногда и спит. Неприступная крепость для меня и Иоахима! У нас он спит на кухне,а на следующее утро совершенно спокойно появляется за завтраком. Совершенно спокойно,да,в этом нет ничего особенного. Сказано -- сделано. Точно во время вся семья ушла,а в десять пришёл Иоахим. Немного поесть,немного посмотреть телевизор,немного полюбезничать,а затем -- на боковую. Но тут всё идёт наперекосяк. Посреди моей фазы глубоко сна Иоахим проснулся и пошёл в уборную. В одним кальсонах он встал прямо в прихожей,и тут папа открывает дверь и заорал:"Взломщик!" После папиного крика у меня есть ровно две секунды,прежде чем я окажусь посреди хаоса. Мама бьёт Иоахима своим тапочком,мой брат стоит на лестнице с Бабси и орёт,а Мюллеры вывешиваются из окон и кричат:"Что у вас случилось?" Госпожа Мюллер уже благоразумно вызвала полицию. Всё было как в аду. Сейчас я сяду здесь,успокоюсь и приготовлюсь. Полицейские уже смеются,мама истерично бормочет "Что за стыд!" Папа страстно поглядывает на шкаф с алкоголем,Клаузи нервирует со своим "Я возьму Бабси с собой в постель,да-да!" А Иоахим намекает,что он всё немного по-другому представлял. Разве это не великолепный вечер?

1. Ich soll morgen früh aufstehen. 2. Meine Schwester will heute abends tanzen gehen. 3. Kannst du diesen Text ohne Wörterbuch übersetzen? 4. Wie viel Stunden müsst ihr täglich arbeiten?
1. Я должен утром рано вставать.2. Моя сестра хочет сегодня вечером идти танцевать. 3. Можешь ли ты перевести этот текст без словаря? 4. Как много часов должны вы работать ежедневно? 
 1. Er wohnt weit vom Institut. 2. Die Kontrollarbeit in Physik war leichter als in Mathematik. 3. Unsere Gruppe ist in diesem Semester weniger geworden. 4. Ich glaube, dass ich in der schönsten Stadt wohne. 
1. Он живет далеко от института. 2.Контрольная работа по физике была легче, чем по математике. 3. Наша группа в этом семестре стала меньше. 4. Я считаю, что я живу в самом красивом городе.