смотрел я, как отец дрова колет, и подумал, что это легкая работа. когда отец ушел обедать, я взял топор и, размахнувшись, вогнал его в полено. я стал дергать за рукоятку топора, но он никак не хотел вылезать из полена. я дергал во все стороны, старался раскачать топор, мне это удалось. я дернул еще раз, и топор вылетел. но я не рассчитал силы, и топор подлетел высоко, ударив меня в нос. у меня от боли искры посыпались из глаз, а из носа потекла кровь. в это время вышел во двор отец. он увидел, как я сражаюсь с поленом. увидев отца, я заплакал от обиды и боли, а он, погладив меня по голове, сказал, что я еще мал хвататься за большой топор и полено. он дал мне небольшой топорик, чтобы я учился. отец сказал, что всякое дело надо делать умеючи.
как-то летом мы всей семьей поехали на . пока мы с папой разбирали снасти, мама собирала поблизости хворост. папа расставил удочки, а мы с мамой развели костер.
рассвет уже отступил, уводя за собой туман. поплавки мирно покачивались на воде, не предвещая никакой поклевки. я немного заскучал и пошел к костру. мама сидела на берегу, любуясь яркими солнечными бликами на воде, а папа периодически проверял наживки на крючках и называл нас горе рыбаками. а потом мама попросила у папы удочку, насадила на крючок наживку и забросила в воду. не прошло и минуты, как поплавок требовательно запрыгал на воде, мы подбежали к маме, подсказывая ей, как подсечь рыбу. и мама вытащила небольшого карася, возмущенно бьющего хвостом. папа немного подумал и предложил маме насадить наживку на все крючки. вот тут-то и началась у нас настоящая .
вечером, когда мы ели настоящую уху, приготовленную на костре, папа сказал, что больше без мамы на не поедет, так как он и раньше слышал, что женщины — удачливые рыболовы, а сегодня в этом убедился.
