Позади большого дома был старый сад, |уже одичавший|,
|заглушенный бурьяном и кустарником|.
Я по террасе, |еще крепкой и красивой|. От прежних цветников уцелели одни пионы и маки, которые поднимали из травы свои белые и ярко-красные головки; по дорожкам росли молодые клены и вязы. Сад казался непроходимым, но это только вблизи дома, где стояли тополя, сосны и старые липы-сверстницы, |уцелевшие от прежних аллей|. А дальше за ними сад расчищали для сенокоса, и тут уже не парило, паутина не лезла в рот и в глаза, подувал ветерок. Чем дальше вглубь, тем просторнее, и уже росли на просторе вишни, сливы, раскидистые яблони, |обезображенные подпорками|, и груши, |такие высокие|, что даже не верилось, что это груши.
Сад спускался к реке, |поросшей зеленым камышом и ивняком|. Около мельничной плотины был плес, |глубокий и рыбный|, сердито шумела небольшая мельница с соломенной крышей, неистово квакали лягушки.
__
** Обозначить границы обособленных определений
и подчеркнуть сами определения непрерывной (!) линией ||Как-то раз, мы с друзьями, в конце декабря, катались на горке и играли в казаков. Вскоре, нам это наскучило, мы решили проверить: застыл ли снова лёд на речке, ведь недавно была оттепель.
Чтобы не тратить времени на обхождение всего села, мы пошли самым коротки путём - через болото. Они всегда замерзали быстрее реки, поэтому я, как настоящий атаман пошёл первым.
Съехав, кто на санках, кто кубарем, вниз, пробиваясь сквозь камыши, направились к реке. Неожиданно, сзади меня раздался крик Митьки:
- Тут вода!
Все бросились назад. Я остался стоять посреди болота, не зная что делать. Набравшись смелости, по совету друзей, решил перепрыгнуть то место, где провалился наш товарищ.
Зря я это сделал. До берега не долетел буквально метр и провалился под тонкий лёд по колено. Болотная жижа стала затягивать меня все глубже. Все мои попытки выбраться самостоятельно заканчивались неуспехом. Тогда, вспомнив отцовские рассказы, я крикнул друзьям, что бы они нашли длинную палку и протянули её мне, а сам, тем временем, лёг на живот и стал ползти.
Через некоторое время мне удалось выбраться из этой трясины, но один валенок остался там. Отовсюду слышались насмешки ребят:
- Эх ты, Иван Сусанин!
А Петькин брат наблюдал за всей этой возьнёй с горы, и казалось, что вот-вот от смеха он упадёт и покатится вниз.
Валенок мы так и не нашли. Пришлось ковылять домой полубосым.
