1. Расставьте знаки препинания, подчеркните однородные члены предложения.
1) Уже улетели на юг ласточки скворцы грачи журавли.
2) Заря бывает не только утренняя но и вечерняя.
3) В саду чувствовался запах яблок свежести и тишины.
4) Хозяйка принялась жарить варить тушить и печь
5) Глупость человека сказывается или из его действий или из его слов.
6). Тропинка то поднималась то опускалась шла то влево то вправо.
7). И больно мне и весело и тяжело и сладко.
8). В полях и в лесах ощущалось и чувствовалось приближение и наступление весны.
9). У меня и у тебя не выяснены счёты с пламенем и ветром и водой.
10). Я видел лишь белое платье да чей-то привздёрнутый нос.
11). Птицелов должен не только знать повадки и голоса птиц но и обладать ещё мастерством декоратора.
12). Он жил настоящим мгновением зато уж жил вполне.
13). Мал золотник да дорог.
14). Язык Бунина почти скуп чист и живописен.
15). Он походил на заводского мастера или на управляющего.
16). Её подбородок дрожит не то от смеха не то от слёз.
17). Как жить так и читать вприпрыжку не следует.
18). Сосулька растёт утром в толщину а вечером в длину.

Написать изложение с элементами описания под названием "Там, где жил Пушкин" предлагаю так:

→ Запомните: изложение - это что-то среднее между диктантом и сочинением. Учитель диктует текст, а задача ученика - воспринять, услышать важные детали,  переосмыслить и воспроизвести в тетради.

В заповеднике Пушкина есть три больших парка: Михайловский, Тригорский и Петровский. Все они очень разные.

Тригорский парк наполнен солнцем. Таким он кажется даже в пасмурные дни. Свет лежит золотыми полянами на веселой траве, зелени лип, обрывах над Соротью и на скамейке Евгения Онегина.

Кажется, что Тригорский парк и был основан для семейных праздников, дружеских бесед, танцев при свечах. Он полон Пушкиным и Языковым.

Михайловский парк – настоящий приют отшельника. Это парк, где сложно веселиться. Он создан для одиночества и дум. Он несколько угрюм со своими вековыми елями, высок, молчалив. Этот парк незаметно переходит в столетние и пустынные леса.

Главная прелесть Михайловского парка – в обрыве над Соротью и в домике Арины Родионовны, няни Пушкина. Домик маленький и трогательный, поэтому бывает страшно подняться на его крыльцо.

Петровский парк хорошо виден из Михайловского. Он черен, сыр, зарос лопухами, в него входишь как в погреб. В лопухах пасутся лошади. На вершинах темных деревьев гнездятся хриплые галки.

Я вспоминаю леса, озера, парки и небо. Это почти единственное, что уцелело здесь от пушкинских времен. Здешняя природа не тронута. Ее очень берегут. Когда понадобилось провести в заповедник электричество, то провода решили вести под землей, чтобы не ставить столбов. Столбы сразу бы погубили пушкинское очарование этих пустынных мест.

В этой гневной и страстной книге писатель жестоко высмеивает и бичует государственное устройство, общественные порядки и нравы современной ему буржуазно-дворянской Англии. Он обличает паразитизм и лицемерие господствующих классов, жестокость, своекорыстие и эгоизм богачей. Многие страницы этой книги, направленные против буржуазии и дворянства старой Англии, не утратили своего сатирического значения и в наши дни. Угнетение человека человеком, обнищание трудящихся, пагубная власть золота существовали, разумеется, не в одной только Англии. Поэтому сатира Свифта имела куда более широкое значение. Такой обличительной силы не достигал в то время никакой другой писатель. Об этом очень хорошо сказал А. М. Горький: «Джонатан Свифт — один на всю Европу, но буржуазия Европы считала, что его сатира бьет только Англию» . Выдумка Свифта и его изобретательность поистине неистощимы. В каких только переделках не побывал его Гулливер! Чего только не довелось повидать ему на своем веку! Но при всех обстоятельствах, комических или плачевных, он никогда не теряет рассудительности и хладнокровия — качеств, типичных для среднего англичанина 18 века. Но порою спокойный, уравновешенный рассказ Гулливера расцвечивается блестками лукавого юмора, и тогда нам слышится насмешливый голос самого Свифта, который нет-нет, да и выглянет из-за спины своего бесхитростного героя. А иногда, не будучи в силах сдержать своего негодования, Свифт и вовсе забывает о Гулливере и превращается, в сурового судью, превосходно владеющего таким оружием, как ядовитая ирония и злобный сарказм. Почти на каждой странице «Путешествий Гулливера» скрыты иносказания и намеки на современные автору общественные отношения и события. Многие из этих намеков давно уже утратили свою остроту и злободневность. Действительный смысл отдельных глав и эпизодов мы можем теперь восстановить только с исторических источников и комментариев. Но самое главное в книге Свифта сохранилось на века: жгучая ненависть к паразитам и тунеядцам всех мастей и рангов, уважение и любовь к честным труженикам, руками которых в мире созданы все материальные блага.