Задание 1: Прочитай текст, сократи текст для написания сжатого изложения, передай кратко содержание каждого абзаца. Напиши сжатое изложение.
Меня, одиннадцатилетнего парнишку, отправили учиться в город: у нас в деревне была только начальная школа. Так началась моя самостоятельная городская жизнь.
Учился я хорошо, не ладилось только с французским из-за произношения. Я шпарил слова на манер деревенских скороговорок, половину звуков проглатывая, а вторую выпаливая короткими лающими очередями. Лидия Михайловна, учительница французского, слушая меня, бессильно морщилась и закрывала глаза. Ничего подобного она, конечно, не слыхивала. Снова и снова она показывала, как произносятся французские звуки, но все было впустую.
После школы на меня наваливалась тоска: я не был готов жить среди чужих людей. К тому же я недоедал, и мне нужны были деньги: на нихна базаре можно было купить молока, по рублю за стеклянную баночку. Молоко мне было наказано пить от малокровия. Я стал ходить на песчаный пустырь и играть с ребятами на деньги. Но не позволял себе чересчур увлекаться игрой: мне нужен был только рубль на молоко. Однажды старшие ребята не отдали мне честно заработанный выигрыш и сильно избили.
Утром я со страхом смотрел на себя в зеркало: нос раздулся, под левым глазом синяк. Как идти в школу в таком виде! Прикрывая глаз рукой, я юркнул в класс, сел за свою парту и опустил голову. Первым уроком был французский, Лидия Михайловна, конечно, все увидела. Я кожей чувствовал, как при взгляде ее внимательных и добрых глаз все мои беды становились очевидными. Посмотреть, конечно, было на что: перед ней на парте крючился тощий диковатый мальчишка с разбитым лицом, неопрятный и одинокий.
После уроков Лидия Михайловна, увидев меня в коридоре, завела в класс и неожиданно сказала:
-Придется с тобой заниматься индивидуально: другого выхода нет. Так начались для меня мучительные и неловкие дни. С утра я со страхомждал того часа, когда мне придется после уроков остаться наедине с Лидией Михайловной и, ломая язык, повторять не удобные для произношения слова. Я покрывался потом, краснел и задыхался, а Лидия Михайловна без передышки и без жалости заставляла меня мозолить бедный мой язык.
Я тянул свою французскую лямку. Впрочем, лямку ли? Как- то незаметно, сам того не ожидая, я почувствовал вкус к языку и в свободные минуты без всякого понукания лез в словарик, заглядывал в дальние в учебнике тексты. Наказание превращалось в удовольствие…