Местоимение.
1. Списать, решить орфографические задачи, определить падеж
местоимений.
Лу(Н, нный камеш..к, (не)легкое p..шение, (не) идёт (н..) (в)какие рамки,
(н..) (к)кому обратит(?)ся, (н..)(к)кому (не)пойду, уш..л (с)ним, чей(то)
товарищ(?), (светло)ж..лтое п..тно, предл..жить что(либо), (кое)что проч..тать,
(н.. ) сколько ре..ких марок.

В некотором царстве, в некотором государстве жили-были буквы. Еще там жили знаки препинания. Вот такая вот страна была. Жили там все дружно, ходили друг к другу в гости, дарили подарки. Особенно дружили буквы е, ё, ю, я с буквами д, т, б, з, ну теми, что стояли в конце приставок. Да вот беда, повадился Твердый Знак между ними вставать, дружбу их разбивать. Обиделись на него буквы, перестали с ним дружить.И вот наступил Новый год. Буквы е, ё, ю и я решили устроить праздничный бал. Пригласили всех жителей своей веселой страны, но Твердому Знаку приглашение не прислали, не хотели праздник себе испортить. Обиделся Твердый Знак, топнул ногой и сказал: "Вот уйду я, узнаете, что тогда будет!" И стал собираться в дорогу.А в доме букв-подружек е, ю, я и ё царило веселье. Отпраздновав Новый год, буквы решили разнести подарки тем, кто не смог придти на праздник. Взяли подарки и вышли на улицу."Вот шарф для Восклицательного Знака, – сказала буква ю. – А живет он... – она посмотрела на адрес. – "Обездная улица, дом 5, подезд 2, кв. 3"."Но у нас нет такой улицы! – удивилась буква з. А что такое подезд?" – спросила буква е.Бедные буквы очень расстроились, что не смогут отнести подарок Восклицательному Знаку, но ничего не поделаешь.Буква я достала следующий подарок. "А это шапочка для Вопросительного знака, – молвила она. – А адрес его... Разездной переулок, дом 6, подезд 1, кв. 5"."Но ведь у нас нет и такой улицы!" – закричала буква т."А что такое подезд?" – заплакала буква е."Никто не может нам " – в отчаянии сказала буква ю."А может, все-таки может?! – прокричала буква я. – Смотрите, Твердый Знак идет!"Твердый Знак услышал отчаянные крики букв и решил подойти."Я, кажется, поняла, – сказала буква е. – Мы обидели Твердый Знак, вот он и ушел из всех слов, в которых он был. Попробуйте подставить его во все названия и посмотрите, что получится!"Буквы взяли конверты:"Объездная улица!" – прочитала буква т."Оказывается, это подъезд!" – закричала буква е."И это Разъездной переулок", – молвила буква ё.Ну, вот все и встало на свои места. Буквы попросили прощения у Твердого Знака. Он простил их и сказал: "Вы меня уж тоже извините. Я же не специально встаю между вами, я вовсе не хочу мешать вашей дружбе. Но так уж повелось, что я должен стоять после согласной в приставке и перед гласными е, ё, ю, я. Такова моя судьба – разделять эти буквы. Ведь я – Разделительный знак! Вы уж меня поймите".Буквы все поняли и стали дружить с Твердым Знаком. 

«Сколько же в нашей жизни всего пушкинского?» – задавался я вопросом. Вот памятники ему, которые сотворены так, чтобы поэт мог сам наблюдать за нами лёгким укором и некоторой отстраненностью. Вот расставленные по фойе театров, библиотекам, школам и музеям бюсты. Вот бесчисленные портреты-штампы и просто силуэты с вытянутым лицом и кудрями, в которых сразу угадывается Александр Сергеевич. Вот центральные улицы и площади городов, названные в честь поэта, и даже город его и площади городов, названные в честь поэта, и даже город его имени. А ещё – станции метро, заповедные места, музеи, парки, дома культуры, наверняка есть теплоход. А сколько мемориальных табличек на домах, где он бывал, сколько туристических маршрутов по пушкинским местам! А уж про «мероприятия» разные и говорить нечего. Вот и день рождения Александра Сергеевича объявлен официальным государственным праздником. А сколько разных драматических спектаклей, опер, балетов? Не счесть. Всё уже, кажется, сыграно, всё спето, но нет, вновь и вновь обращаются к Пушкину, открывают что-то новое, доселе неведомое. А книги, исследования, монографии! Над всем этим работают «пушкинисты», «пушкиноведы», «исследователи жизни и творчества», и всякий раз они что-то находят. Но памятники, бюсты, книги – это, как говорится, «по-крупному». Есть ведь ещё мелочь разная – брелоки, значки, календари, блокноты, шкатулки с изображением поэта… Я в одном из городов видел троллейбус с изображением Александра Сергеевича на фоне номера телефона какой-то туристической фирмы. Пушкин окружает нас повсюду. Но не только внешне. В каждом из нас тоже так или иначе присутствует Александр Сергеевич. В одном – так, в другом – эдак, в ком-то меньше, в ком-то больше. И хотя грозят пушкинисты: дескать, нельзя с ним «совершать прогулки» да еще «на дружеской ноге», но кто же слушает пушкинистов, когда сам поэт ясно дал понять, что будет ещё до-олго любезен народу, и не только русскому? Вот он и любезен. А уж тут с поэтом у каждого свои взаимоотношения. У академика – одни, у шофёра – другие. И кто из них больше любит Пушкина, неизвестно: Пушкин-то писал для всех…. А вот иностранцы понимают Пушкина не до конца. Они могут любоваться им, даже восторгаться, но… Читая Пушкина, мы знаем, что за восторгом до встречи с безупречным стихом – известная лишь нам, русским, печаль и грусть, а если радость, то странная, понятная только нам… Александр Сергеевич Пушкин – первый из всех, так близко подступивший к русской душе. Он и до сих пор путешествует неотрывно с нею. Так вцепился, так схватился, что, скорее всего, уже никогда эту душу от себя не отпустит. И, пока будет Россия, в каждой живущей здесь душе пушкинская строка отзовётся добрым и бесконечным эхом.