Заря разгоралась. Генерал Преображенский оторвался от бумаг и посмотрел в окно. Бессонная ночь за составлением отчета о раскрытом преступлении. “Трудно было вообразить себе ситуацию, более странную и необъяснимую”, — подумал генерал потирая руки и глаза у него заблестели. Нагромождение фактов раздражавшее его вначале, привратилось наконец в стройную систему доказательств. Разгадка блеснула к утру и генерал благословил удачу. Убрав бумаги в несгораемый шкаф, он распахнул окно и с наслаждением потянулся. Уже совсем рассвело и аромат цветов, растущих в палисаднике, распространился по всей комнате. Благоухающий летний сад был великолепен. Блистающие капельки росы свисали с каждой травинки. Генерал накинул непромокаемый плащ и вышел в сад. Он не стал запирать скрипучую дверь, просто плотно притворил ее за собой. Кошка Маруся, взъерошеная от охотничьего азарта, низко склонившись над прудиком, заростающим перьевой тиной, пыталась лапой коснуться рыбьих плавников.
Генерал неторопливо разжег трубочку и заложив руки за спину пошел знакомой дорогой, которая то поднималась на округлые холмы, то причудливо извиваясь, бежала вниз. Старожил этих мест он знал здесь каждую тропинку. Поровнявшись с трехсотлетней липой, ровестницей деревни, генерал свернул направо и вдруг увидел, как туман, словно белое приведение, медленно удаляясь в долину застилает все вокруг матовой пеленой.
