Мелкая заводь, заросшая водяным лопушником. Я встал на край небольшого настила, взмахнул удочкой. Неизвестно откуда взявшийся кот прикоснулся к моей ноге и пошевелил белыми усами. Я захотел погладить его, а он потерся мордочкой о протянутую руку и выразительно замурлыкал. Я закинул удочку. Сразу же последовали поклевка и подсечка. Как только перекинул рыбу через себя, кот попытался поймать её. Рыбешка сорвалась и упала в воду. "Вон пошел ",- крикнул я коту. Он убежал в кусты. Закинул удочку ещё раз и оглянулся. Кот смотрел на меня невинными глазами. Я поймал несколько красноперок и вдруг понял : попалась крупная рыба. Из воды вынырнул язь. Вытащил его на берег и поспешил к нему по доскам. Тут-то из кустов выбежал кот, прыгнул и намертво вцепился в язя. Леска не выдержала, и улочка взлетела вверх, а я чуть не упал в воду. Кот поволок язя к зарослям. Я потыкал удочкой в крапиву, раздалось урчание и хруст рыбьих костей. ...Недели через три я проходил мимо этой заводи. Кот встретил меня как старого знакомого.
Санька был доволен, что проснулся так рано. Еще бы! Ведь нет большего
конфуза, как заявиться на луг, когда там уже вовсю идет работа.
Вскинув косу на плечо, Санька направился к конторе колхоза.
Из всех изб тянулись туда колхозницы, старики, ребятишки. Подошел дед
Векшин со своей "бригадой".
- Ты бы, Захар Митрич, поберег себя, - сказала ему председательница.
- Не могу, Родионовна. Руки зудят. Хоть разок пройдусь!
Все пошли на луг, который лежал за лесом, в излучине реки, километрах
в трех от Стожар.
На лугу было свежо, тихо; трава, отяжеленная обильной росой, полегла
к земле, казалась дымчатой, сизой.
- А ну, братцы-стожаровцы! Богатого вам укоса! - Дед Захар поплевал
на ладони и сделал первый взмах косой. - Коси, коса, пока роса!
Следом за ним пошли лучшие косари-женщины.
Но старик быстро выдохся, отошел в сторону и занялся тем, что точил
колхозницам затупившиеся косы.
Мальчишек Татьяна Родионовна поставила косить отдельно от взрослых,
на мягкую, сочную траву около реки.
Федя стал с самого края участка, за ним пошли Степа Так-на-Так и
Алеша Семушкин.
"Далеко не уйдут", - подумал Санька и занял место позади Семушкин
