Два тополя за большим селом кажутся мне необыкновенными до сих
пор: там осталось моё детство, как осколочек зелёного волшебного
стекла.
Помню, как мы, босоногие сорванцы, мчались сюда разорять птичьи
гнёзда. Тополя-великаны, покачивающиеся из стороны в сторону,
приветствовали нас прохладной тенью и негромким(2), но ласковым
шелестом листьев. А мы, подсаживая друг друга, карабкались вверх,
поднимая переполох в птичьем царстве. Встревоженные(3) птицы с
неумолкающим криком носились над нами стаями.
(4) Но нам всё
нипочём! Мы взбираемся всё выше, и вдруг с огромной высоты
открывается дивный мир простора и света.
Мы были поражены величием земли и замирали каждый на своей
ветке. Тогда мы забывали обо всём: и о гнёздах, и о птицах.
(По Ч. Айтматову)
ответ:На улице было свежо. Каждый клочок неба был затянут чёрными тучами. В чащобе ветер обивал с дуба жёлуди. Гнулись до земли ветки крыжовника. На берегу узкой речонки ветер, как трещоткой, шумел камышом. Шорох был слышен даже на шоссе, что немного шокировало. Серенький мышонок, испуганный непогодой, юркнул в норку, оставив снаружи пучок шерсти. Маленький зайчонок сжался в комочек под кустом. Только весёлая девчонка в лёгкой одежонке радостно подставляла лицо льющимся с неба струям. Дома её ждал горячий шоколад и интересная книжонка, поэтому она могла позволить себе вымокнуть.
Объяснение:
