С суффиксом ти предложения​

Картина «Утро» была написана в 1954 году. На ней Яблонская изобразила свою старшую дочь Лену.
"С Гаяне Атаян, дочерью известной украинской художницы Татьяны Яблонской, мы беседуем в мастерской Татьяны Ниловны, недавно ушедшей из жизни. Сколько пейзажей художница написала здесь, глядя в окно и пододвинув к нему массивный мольберт на колесах! Сколько чисток у себя устраивала: это сохранить, это дописать, это уничтожить! Небольшой камин накалялся докрасна, когда Татьяна Яблонская жгла в нем свои работы.
«Иногда мама жгла свои забракованные работы целыми рулонами»

— Мама всегда была очень строга к себе, — рассказывает Гаяне. — Иногда она жгла свои забракованные работы целыми рулонами. Это было своего рода самоочищением для движения вперед. К тому же масса маминых картин разлетелась по всему свету. Поэтому установить сегодня абсолютный перечень всех работ Татьяны Яблонской нереально. Ее последний альбом был издан в Украине в 1991 году, и весь тираж мгновенно раскупили. Теперь, после смерти мамы, буду серьезно заниматься этими вопросами, в том числе и изданием мемуаров. Я прочитала вместе с мамой все ее рукописные тексты и не хочу передоверять кому-то эту ответственную работу.

— Скажите, девочкой, делающей зарядку у открытого балкона, на известной по советским учебникам картине Татьяны Яблонской «Утро» были вы?

— Нет, я, в отличие от своей старшей сестры Лены, которая и позировала маме, никогда не делала зарядку. Эту работу мама писала еще до моего рождения, когда жила с первым мужем, художником Сергеем Отрощенко, в доме на углу улиц Красноармейской и Саксаганского — здесь на первом этаже в былые времена находился антикварный комиссионный магазин. На картине схвачена радостная атмосфера утра.

Кого-то из них я знаю с детского сада, с кем-то познакомилась уже в школе. Все мы очень разные, а объединяет нас школа, иногда — общие интересы. Я знаю, что когда мы закончим школу, то все разбежимся в разные стороны, будем редко встречаться, наши взгляды на жизнь поменяются, будут новые проблемы, новые друзья и недруги, но школьные товарищи останутся в памяти навсегда. 
Меня охватывает грусть, когда я замечаю, что мы неумолимо растем, теряем детскую искреннюю радость. Если обманываем, то все изощреннее, если любим, то все болезненнее, если предаем, то все безжалостнее. Поэтому, наверное, мне и нравится творчество В. Крапивина, в его произведениях дружба — это любовь, болезненная и светлая. Но это в произведениях, а в жизни — мы общаемся, сотрудничаем, приходим на выручку друг другу, особенно на уроках. У нас общие радости и неприятности. Мы завидуем тому, кто по болезни не пришел в школу, но не думаем о том, что ему, может быть, сейчас очень плохо. Мы в азарте можем посмеяться над одним из нас, а через пять минут забыть об этом. Мы привыкли к ядовитым шуткам. 
А когда мы летом пошли всем классом в поход, сначала было весело, затем девчонки устали, а ребята забрали у них рюкзаки и волокли их на себе, как и свои. До ночи они разбивали палаточный городок и собирали хворост, а мы готовили ужин на костре и отдыхали. Затем были гитара и песни, звон комаров и сладкий сон. На следующий день мы двинулись дальше по маршруту. И так неделю. Мы привыкли, что ребята становятся другими: внимательными, заботливыми, сильными, сообразительными. 
А в школе все повторилось: шутки, издевки, сарказм. Но было лето, и я знаю, какие мы другие, настоящие. И мы дружим намного крепче, чем кажется с первого взгляда. И будем помнить друг друга через двадцать, сорок лет.