Должен признаться, самую большую радость доставляла мне мысль, что я могу посещать и научные лекции настоящих профессоров, и буду в праве учиться всем наукам.
Грянул гром по дебрям влажным, эхо резко засмеялось.
Он засмеется-все хохочут, он нахмурит брови- все молчат.
Фонарей на этой улице не было, Павел шагал на удачу, раз он больно ударился коленкой о столбик и брезгливо боль мешала думать.
было так темно, что казалось темнее быть не может.
И грязь стала глубже, и лужи чаще, и уже не пахло садми, пахло невидимой водой и тучами.
