Саше шесть лет. Отец ведёт его за руку через распаханное поле. Саша часто спотыкается. Ему тяжело идти по отвалам. Последние разгулявшиеся ласточки бесшумно вверх-вниз перечёркивают красный закат, тонущий за лесами. По полю ползает трактор, ровно стучит мотором, покашливая, выбрасывает из трубы мутновато-лиловый дымок. Время от времени слышен скрежет подвернувшегося под лемех булыжника. Из-под растопыренной железной пятерни плуга густыми ручьями течёт земля. Отвалы её тускло лоснятся на закате.
Отец остановился, нагнулся и полной пригоршней забрал землю, поднёс к лицу. Трактор с деловитостью втянувшегося в работу труженика, попыхивая, удалялся.
— Чуешь, пахнет? — произнёс отец.
Саша тоже схватил горсть, поднёс к ному. Но земля пахла землёй.
Через подобревший голос, через непривычно мягкое лицо отца шестилетний Саша почувствовал тогда смутную благодарность к земле. Как драгоценность, держал её, горсть влажных крошек, по-отцовски. Бережливо мял, нюхал. Земля пахла землёй.