Подчеркните грамматические основы предложения.
(1) Но Олег уже поборол в себе страх. (2) Он живо представил себе, как в его альбоме весенних фотографий появится редкостный снимок. (3) От этой одной мысли у него перехватило дух. (4)Вот удивятся все школьники, когда узнают, что Гудков сфотографировал в лесу живого медведя! (5) Да ещё какого! (6) Медведя-музыканта, медведя в белой манишке. (7) Искать такого станешь, и не найдёшь. (Савин В.)

Доложили, что мусье давал мне свой урок. Надели на меня заячий тулуп, а сверху лисью шубу. Половина избы занята была семьею Семена Кузова, другую отвели мне. Между тем подали щи. «Зачем откладывать? — сказал мне Швабрин, — за нами не смотрят. Я летел по улице, как услышал, что зовут меня. Он остановился; его окружили, и, как видно, по его повелению, четыре человека отделились и во весь опор подскакали под самую крепость. Вдруг закричали в толпе, что государь на площади ожидает пленных и принимает присягу.

Не могу не согласиться с высказыванием филолога Н. М. Шанского. Действительно, для  выражения законченной мысли в монологе автор иногда использует несколько предложений, связанных между собой по смыслу и грамматически. Приведу примеры из книги В. Крапивина. Все  предложения  в данном тексте вступают в смысловые и грамматические отношения. Так, заменяя существительное «двор» на личное местоимение «он», автор создает цепную связь между предложениями 2 и 3, связывая их по смыслу, что сделать текст цельным и логичным. В предложениях  27-28, пытаясь ярче выделить мысль, которая не вмещается в одно предложение, писатель использует парцелляцию,  деление содержания высказывания на несколько речевых единиц. Этот связи предложений в тексте автору выразить, как страстно мечтал мальчик о настоящем друге. Таким образом, могу сделать вывод: прав был известный филолог Н. М. Шанский, утверждавший, что «в монологичной речи законченная мысль иногда не умещается в пределах одного предложения, и для её выражения требуется целая группа связанных между собой по смыслу и грамматически предложений»