- Адам!- сказал великий комбинатор останавливаясь перед шофером. - У нас ничего не осталось. Мы нищие, Адам! Примите нас! Мы погибаем.
Козлевич встал. Командор униже ый и бедный стоял перед ним с непокрытой головой. Светлые польские глаза Адама Казимировича забл стели от слез. Он сошел со ступенек и поочередно обнял всех антилоповцев.
-Такси свободен!- сказал он глотая слезы жалости садиться.
Паниковский плакал закрыв лицо кулачками и шепча:
- Какое сердце! Честное, благородное сердце! Какое сердце!
