Задание: перечитайте текст и объясните смысл предложения 44. Почему рассказчик не испытывал желания делать А.С. Пушкина объектом своих выступлений перед туристами? Почему в своих публичных разговорах люди зачастую не касаются некоторых тем – наиболее сокровенных, дорогих сердцу? Какие вопросы вы не стали бы обсуждать прилюдно и делать объектом для чужих рассуждений? Объём ответа 12–14 предложений.

(1) Итак, я приступил к работе экскурсовода в Михайловском. (2) Первую экскурсию методисты обычно не слушают. (3) Дают тебе возможность освоиться, почувствовать себя увереннее. (4) Это меня и А произошло вот что.

(6) Я благополучно миновал прихожую. (7) Рассказал о первой ссылке. (8) Затем о второй. (9) Перебираюсь в комнату Арины Родионовны… (10) «Единственным по-настоящему близким человеком оказалась крепостная няня…» (11) Всё, как положено… (12) «…Была одновременно снисходительна и ворчлива, простодушно религиозна и чрезвычайно деловита…» (13) Барельеф работы Серякова… (14) «Поэт вырос… предлагали вольную – отказалась…» (15) И наконец:

– Поэт то и дело обращался к няне в стихах. (16) Всем известны такие, например, задушевные строки… (17) Тут я на секунду забылся. (18) И вздрогнул, услышав собственный

голос:

Ты ещё жива, моя старушка,

Жив и я, привет тебе, привет!

(19) Пусть струится над твоей избушкой…

(20) Я обмер. (21) Сейчас кто-нибудь выкрикнет: «Безумец и невежда! (22) Это же Есенин – “Письмо к матери”…» (23) Я продолжал декламировать, лихорадочно соображая:

– Да, товарищи, вы совершенно правы. (24) Конечно же, это Есенин.

(25) И действительно – «Письмо к матери». (26) Но как близка, заметьте, интонация Пушкина лирике Сергея Есенина!.. (27) В наступившей тишине я ждал бури. (28) Все молчали. (29) Лица были

взволнованны и строги. (30) Лишь один пожилой турист со значением выговорил:

– Да, были люди…

(31) В следующем зале я приписал альманах «Мнемозина» Дельвигу. (32) Затем назвал Сергея Львовича – Сергеем Александровичем. (33) (Видно, Есенин надолго оккупировал моё подсознание.)

(34) В Тригорском и в монастыре экскурсия благополучно.

(35) Я стал водить экскурсии в заповеднике регулярно. (36) Иногда по две за смену. (37) Очевидно, мною были довольны. (38) Если приезжали деятели культуры, учителя, интеллигенция – с ними работал я. (39) Мои экскурсии чем-то выделялись. (40) Например, «свободной манерой изложения», как указывала хранительница Тригорского. (41) Тут сказывалась, конечно, изрядная доля моего актёрства. (42) Хотя дней через пять я заучил текст экскурсии наизусть, мне ловко удавалось симулировать взволнованную интонацию. (43) Я искусственно заикался, как бы подыскивая формулировки, оговаривался, жестикулировал.

(44) Чем лучше я узнавал Пушкина, тем меньше хотелось рассуждать о нём. (45) Да ещё на таком постыдном уровне. (46) Я механически исполнял свою роль, получая за это неплохое вознаграждение.

(По С. Довлатову) ​