Зацвела ива − гости со всех сторон. Кусты и деревья ещё голые, серые; ива среди них как букет, да не простой, а золотой. Каждый новый барашек пуховый жёлтый цыплёнок: сидит и светится. Пальцем тронешь − пожелтеет палец. Щёлкнешь − золотой дымок запарит. Понюхаешь − мёд.
Спешат гости на пир.
Шмель прилетел − неуклюжий, мохнатый, как медведь. Забасил, заворочался, весь в пыльце измазался.
Прибежали муравьи: поджарые, быстрые, голодные. Набросились на пыльцу, и раздулись у них животы, как бочки. Того и гляди, ободки на животах лопнут.
Комарики прилетели: ножки горсточкой, крылышки мельтешат. Крошечные вертолётики.
Жуки какие-то копошатся.
Мухи жужжат.
Бабочки крылья распластали.
Шершень на слюдяных крыльях полосатый, злой и голодный, как тигр.
Все гудят и торопятся: зазеленеет ива − пиру конец.
Зазеленеет, потеряется среди зелёных кустов. Пойди-ка тогда её найди!
А сейчас − как букет золотой.
Рождение ребенка в казахской семье - счастье. С первых дней жизни младенца и до года проводится много ритуальных действий, чтобы уберечь дитя от злых чар и передать силу рода. Обставленные красиво и щедро, они становятся настоящими праздниками семьи.
Обычай бесик салу (Бесікке салу) - укладывание младенца в колыбель на третьи-пятые сутки после отпадения пуповины. Этот ритуал проводит вторая мать (кiндiк шеше). Она кладет дитя в люльку, накрывая ритуальными вещами, к которым при рождении мальчика добавляются нагайка, узда и нож, а девочке - зеркальце и расческа, чтобы росла красивой.
Обычай разрезания пут (Тұсау кесу) проводит самая энергичная и многодетная мать в ауле в те дни, когда ребенок начинает ходить. Она специальным ножом рассекает черно-белый шнур, соединяющий ножки ребенка, чтобы придать его походке силу и скорость.
Не только щедрые дары и угощения привлекают гостей на детские праздники. В этих обычаях скрыта многовековая мудрость народа, несущая в себе силу и процветание новому поколению.
