Упр295. Прочитайте текст. Составьте план. Прочитайте текст еще раз и по памяти запишите его.
Я и раньше слышал эту трагическую историю о Тахире и Зухре и знал, что она записана поэтом Сейиди в Бухаре в шестнадцатом веке. Но ту, что поведал мне старый Бурибай-ака, я услышал впервые, поэтому попросил его показать, где же все-таки находится могила Тахира и Зухры. И старик повел нас всех в сторону Шахрисабза. Пройдя небольшое расстояние, мы еще издали увидели огромный холм, а на нем — заросли кустарника высотой примерно с двухэтажный дом. Подойдя к этим зарослям, я остановился, присмотрелся. Действительно, как рассказывал старик, здесь росла непролазная колючка. Я попытался пройти и посмотреть, что же там, за этими колючими кустами, чтобы воочию увидеть могилу Тахира и Зухры, но сделать этого не смог. Колючки росли очень плотно, сцепившись друг с другом, шипы были огромные, и нигде не было видно просвета. Я довольствовался тем, что обошел вокруг этого кургана, поросшегокустарником, и посмотрел на него со всех сторон — и везде были заросли колючки. Лишь где-то на вершине холма просматривался островок, и на нем мне почудился алый блик — роза на могиле Тахира, и белые блики — цветы над могилой Зухры. Я сразу вспомнил строчки из легенды года. И новою весною Куст белых роз поднялся над Зухрою, Куст красных роз поднялся над Тахиром. А над жестоким Кара-Баходиром Уродливый репейник поднялся ... Все как в жизни. Вокруг благородства и любви суровая проза жизни, суровая и жестокая жизнь, которая не позволяет забываться в блаженстве, которая напоминает, что за право быть любимым, за право быть свободным и за счастливую жизнь надо бороться. Когда я обогнул курган и снова вернулся на дорогу, меня там поджидал Бурибай-ака. Он стоял и о чем-то по-стариковски размышлял, но, увидев меня, спросил: — Ну как, сынок, убедился, что здесь могила Тахира и Зухры? Я не стал разубеждать старика, хотя прекрасно понимал, что это лишь легенда, но если она и сегодня сохранила жизненную силу, так пусть она считается действительностью.