Мне очень нравится путешествовать. Пусть даже не по-обширному, а просто изучать новые места в родном краю.
И вот, как-то раз мы с классом отправились на экскурсию нашей малой родины. Из-за грязных окон автобуса плохо были видны красивейшие места моего края. Я сказал это нашему учителю и экскурсоводу. Они немного подумали и сказали, что скоро будет остановка на ручье. Я кивнул, сел и стал вглядываться сквозь темные окна на природу.
Наконец-то, остановка! Весь класс устал ехать, поэтому все очень быстро выбежали из автобуса и стали оглядываться. Я был в их числе, только мне нравилось не быстро всё по чуть-чуть посмотреть, а разглядеть каждый, даже самый маленьких кусочек края, где я родился.
Меня привлекало всё. Даже красно-жёлтые листья на тонких деревьях. Они так отличались от городского листопада! Я сам не мог объяснить себе, чем именно отличаются эти листья от городских.
Когда же я увидел ручей, меня охватила...гордость! Гордость за ручей нашего края, гордость за то, что ручей был таким чистым, гордость за то, как этот ручей пел! Он именно пел, а не журчал. Аккуратно омывая округлые чёрные камни под собой, ручей всё больше нравился мне.
Время пролетело быстро и нам сказали, что пора ехать. Перед тем как сесть в автобус, я сделал множество фотографий.
Всем было весело, но усталость нас отправила в сон.
В конце XVIII века всё более популярным становится образ светской женщины, интересующейся литературой и искусством. В это время появляются женщины-писатели, учёные, однако для них это является хобби, а не профессией[17][неавторитетный источник?]. В 1714 году в силу вступил закон единичного наследования, который впервые давал право наследовать женщине — старшей дочери земельное имущество, если в семье не было сыновей, остальные же женщины могли делить движимое имущество. Однако этот закон вызывал много споров среди знати; в 1730 году закон был изменён и теперь позволял ровно делить имущество между женщинами при отсутствии мужчин-наследников[27]. С другой стороны, практика затворничества среди знати была всё ещё широко распространена среди незамужних девушек, для которых строились специальные здания, где они могли «оставаться чистыми», проводить всё свою молодость, получали домашнее образование и воспитывались быть будущими жёнами[28]. Девушки из более бедных семей были, как правило, более открытыми и начинали работать на семью с раннего возраста. К концу XVII века встретить девушек от 15 до 18 лет было крайне редким явлением[29]. При Петре I средний брачный возраст увеличился главным образом среди знати[30].
