1) И слёзы наконец брызнули, как брызжут в цирке у клоунов, сильной струёй.
3) И оттого, что сыновья дедушки Пешеходова спят во всех братских могилах, детские горячие умы снова превращают их в былинных героев, готовых проснуться, когда пробьёт час!
5) Солнечные лучи, легко пронзая белые занавеси, веером разлетаются по комнате.
7) Телефон затих, зелёный экранчик погас, будто он взял руками чьё-то тёплое сердце и, сдавив его, заставил остановиться.
10) Она не плакала, но было так тяжело, как будто она несла на спине мешок картошки.
12) У него холодные глаза и влажные клыки величиной с палец.
13) Ему казалось, что телефон дрожит в конвульсиях, словно по мёртвому телу пробегает последняя судорога.
16) Он рычал, рвал проволоку, а она уговаривала его, называла ласковыми именами, словно перед ней был бес щенок, большелапый, с шелковистой шерстью, ещё не научившийся лаять.
17) — Вы, девчонки, совсем помешались на Антуане, — рассмеялась Оля Авласович. — Антуан сказал, Антуан посмотрел… Как ненормальные, честное слово, будто на нём свет клином сошёлся!
21) Нет, не знали в осаждённом Ленинграде таких диковинных супов, совсем другие супы в Ленинграде.
1) И слёзы наконец брызнули, как брызжут в цирке у клоунов, сильной струёй.
3) И оттого, что сыновья дедушки Пешеходова спят во всех братских могилах, детские горячие умы снова превращают их в былинных героев, готовых проснуться, когда пробьёт час!
5) Солнечные лучи, легко пронзая белые занавеси, веером разлетаются по комнате.
7) Телефон затих, зелёный экранчик погас, будто он взял руками чьё-то тёплое сердце и, сдавив его, заставил остановиться.
10) Она не плакала, но было так тяжело, как будто она несла на спине мешок картошки.
12) У него холодные глаза и влажные клыки величиной с палец.
13) Ему казалось, что телефон дрожит в конвульсиях, словно по мёртвому телу пробегает последняя судорога.
16) Он рычал, рвал проволоку, а она уговаривала его, называла ласковыми именами, словно перед ней был бес щенок, большелапый, с шелковистой шерстью, ещё не научившийся лаять.
17) — Вы, девчонки, совсем помешались на Антуане, — рассмеялась Оля Авласович. — Антуан сказал, Антуан посмотрел… Как ненормальные, честное слово, будто на нём свет клином сошёлся!
21) Нет, не знали в осаждённом Ленинграде таких диковинных супов, совсем другие супы в Ленинграде.
