Однажды мы с мамой гуляли по парку. Утро января радовало нас тишиной, чистотой мягкого снега и неожиданным теплом. Мы шли и молчали, любуясь заснеженными ветвями. Наша собака скакала от дерева к дереву, обнюхивая следы на чистом снегу. Вдруг она замерла у наклонившейся старой березы. Береза была почти сухой, лишь несколько ветвей цеплялись за тонкие плечи белоствольных дочерей или внучек. Собака легла на снег, казалось, ее палевая шерсть разметалась. Подойдя поближе, мы тоже замерли. На стволе березы, опершись на жесткий хвост, сидел дятел. Он недовольно вертел головой, глядя на незваных зрителей. А мы, затаив дыхание, ждали. Еще никогда мы не видели дятла за работой так близко. Убедившись, что не будем мешать, лесной труженик застучал по рыхлому стволу. Во все стороны летели щепки. Они падали на снег, на спину собаки. Но она не шевелилась, ей тоже было безумно интересно. Дятел небольшими скачками сдвигался то в сторону, то вверх. Гулкие удары разносились в тишине парка как барабанная дробь. Мы, еле дыша, любовались работой. Наконец труженик устал и вспорхнул куда-то высоко, скрывшись в пестроте ветвей. Мы осмотрели березу. Наша собака молча обнюхивала горку щепы. Не проронив ни слова, мы двинулись дальше по тропинке. Никто не стал мешать маленькому трудяге добывать себе корм этим зимним утром.
