В 90-е годы происходила своеобразная «перезагрузка» российского литературного процесса: наряду с начавшимся книжным бумом и появлением «возращённой литературы» мы были свидетелями определённой борьбы русских литераторов с искушением вседозволенности, которое удалось преодолеть лишь к началу нулевых. Именно поэтому процесс осознанной закладки фундамента новой литературы стоит отнести к началу нового столетия.
Поколения писателей и жанры современной литературы
Современная российская литература представлена несколькими писательскими поколениями:
шестидесятники, заявившие о себе ещё в период «оттепели» (Войнович, Аксёнов, Распутин, Искандер), исповедующие своеобразный стиль иронической ностальгии и нередко обращающиеся к жанру мемуаров;«семидесятники», советское литературное поколение (Битов, Ерофеев, Маканин, Токарева), начавшее литературный путь в условиях застоя и исповедующее творческое кредо: «Плохи обстоятельства, а не человек»;перестроечное поколение (Толстая, Славникова, Пелевин, Сорокин), фактически открывшее эпоху неподцензурной литературы и занявшееся смелыми литературными экспериментами;писатели конца 90-х (Кочергин, Гуцко, Прилепин), составившие группу самых молодых фигур литературного процесса.Среди общего жанрового разнообразия современной литературы выделяются такие магистральные направления:
постмодернизм (Шишкин, Лимонов, Шаров, Сорокин);антиутопия (Быков, Аксёнов, Маканин);«женская проза» (Улицкая, Токарева, Славникова);массовая литература (Устинова, Дашкова, Гришковец).Литературные тенденции современности в зеркале литературных премийВ во рассмотрения литературного процесса в России нулевых годов наиболее показательным будет обратиться к списку лауреатов премий, причём премий преимущественно негосударственных, поскольку они в большей степени были ориентированы на читательский рынок, а значит, лучше отразили основные эстетические за читающей публики в минувшем десятилетии. Вместе с тем, практика указывает на определение разграничение эстетических функций между премиями.
Как известно, явление постмодернизма возникает и укрепляется одновременно с возрастающей потребностью переоценки культурного или исторического опыта. Эта тенденция отразилась в заявившей о себе ещё в начале 90-х премии «Русский Букер», которая в начале столетия продолжила «собирание» под своей эгидой образцов литературного постмодерна, призванных ввести читателя в «параллельную культуру».
В этот период наградами были удостоены:
О. Павлов за «Карагандинские девятины», М.Елизаров за альтернативную историю «Библиотекарь», В. Аксёнов за свежий взгляд на в «Вольтерьянцах и вольтерьянках».
Вместе с тем, победителями «Национального бестселлера», обусловившего жанровую пестроту лауреатов, в разные годы стали совершенно разноплановые
Л. Юзефович с детективом из «путилинской трилогии» «Князь ветра», Д. Быков с биографическим «Борисом Пастернаком» для серии «ЖЗЛ», В.Пелевин с очередной мистификацией «ДПП (nn)», а юбилейный «Супер-Нацбест» в 2011 году получил З.Прилепин за сборник рассказов «Грех».Читающая Россия стала свидетелем ещё одной любопытной тенденции, продемонстрировавшей интерес общественности к крупным литературным формам, столь привычным для почитателей классической русской словесности. Это явление отразилось, прежде всего, на лауреатах награды «Большая книга», где во главу угла была поставлена традиционность литературной подачи и объём произведения.
В упомянутый период «Большую книгу» получили:
Д. Быков, снова за «Бориса Пастернака», Д.Гранин за военно-биографического «Моего лейтенанта», В. Маканин за современную чеченскую сагу «Асан». Примечательной стала также сопутствующая «Большой книге» практика «специальных призов», которыми отмечались работы Солженицына и Чехова, что позволило стимулировать массовый интерес к работам классиков.Объяснение:
